Читаем Игра Льва полностью

Тони Сорентино наблюдал, как тягач компании «Транс-континенталь» подъезжает к носовой стойке шасси. Тягач представлял собой большую платформу, с обеих сторон которой располагались кабины водителя; таким образом, водитель мог зацепить стойку и не двигаться задним ходом, а просто перейти в другую кабину и двигаться вперед.

Сорентино подумал, что это разумно, и еще раз с восхищением оглядел тягач. Он пожалел, что у их подразделения нет ни одной такой машины, но вспомнил, как кто-то говорил, что это связано со страховкой. Каждая авиакомпания имела собственные тягачи, и если они ломали переднее шасси самолета стоимостью сто пятьдесят миллионов долларов, то это уже их проблемы. Что ж, в этом был смысл. И все же хорошо бы иметь хотя бы один тягач. Чем больше игрушек, тем лучше.

Увидев, как водитель закрепил жесткие буксиры с каждой стороны опоры переднего шасси, Сорентино подошел к нему и спросил:

– Помощь нужна?

– Нет. И не трогай тут ничего.

– Эй, я застрахован.

– От этого ты не застрахован.

Завершив сцепку, водитель спросил:

– Куда тащить самолет?

– В зону для захваченных самолетов, – ответил Сорентино. Водитель тягача оглядел огромную махину, возвышавшуюся над ним.

– А что там случилось?

– Вашим страховщикам придется здорово раскошелиться, парень.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Предстоят большие похороны. Все пассажиры мертвы. Отравлены газом.

– Боже милосердный!

– Вот так-то. Ладно, трогай. Езжай как можно быстрее, не останавливайся. Я поеду за тобой.

Ошарашенный водитель забрался в переднюю кабину, завел двигатель и начал движение.

Сорентино тронулся следом за тягачом, они выехали на рулежную дорожку, которая вела к специальной зоне, расположенной неподалеку от четвертой правой посадочной полосы. Сорентино держал скорость пятнадцать миль в час, такую максимальную скорость мог развить тягач, таща за собой самолет массой семьсот пятьдесят тысяч фунтов. Господи, ну и денек выдался сегодня, подумал Сорентино.

* * *

Бездействие не присуще Джону Кори, поэтому я обратился к Джорджу Фостеру:

– Еще раз прошу разрешения пройти на стоянку.

Фостер выглядел нерешительным, как обычно, поэтому за него ответила Кейт:

– Хорошо, Джон, тебе разрешено пройти на стоянку. Но не дальше.

– Обещаю, – заверил я.

Миссис Дель-Веккио набрала код на цифровом замке двери, и я спустился по лестнице к стоянке.

Конвой, который должен был сопровождать нас до Федерал-Плаза, сосредоточился рядом со зданием терминала. Я подошел к одной из полицейских машин, предъявил жетон и обратился к полицейскому в форме:

– Наш самолет стоит в конце посадочной полосы. Мне нужно добраться туда. – Я сел на пассажирское сиденье, глубоко сожалея о том, что обманул Кейт.

– А я думал, что ваших пассажиров привезут сюда спасатели, – заметил молоденький полицейский.

– Планы изменились.

– Ладно...

Машина медленно тронулась с места, а полицейский стал вызывать по рации диспетчерскую вышку, чтобы получить разрешение на проезд по летному полю. Боковым зрением я заметил, что кто-то бежит к нашей машине. При ближайшем рассмотрении это оказался агент ФБР Джим Линдли.

– Стой! – крикнул он.

Полицейский остановил машину.

Линдли представился и спросил у меня:

– Кто вы такой?

– Кори.

– А-а... а куда вы едете?

– К самолету.

– Зачем?

– А что, нельзя?

– Кто разрешил...

Внезапно возле машины появилась Кейт.

– Все в порядке, Джим. Мы просто хотим проверить. – Она забралась на заднее сиденье.

– Поехали, – приказал я водителю.

– Я жду разрешения на проезд полетному полю...

В этот момент прозвучал голос из динамика:

– Кто и зачем просит разрешение на проезд по летному полю?

Я взял микрофон.

– Это... – А как представиться? – Это ФБР. Нам надо проехать к самолету. С кем я говорю?

– Это мистер Ставрос, старший диспетчер вышки. Послушайте, вы не можете проехать...

– Чрезвычайная ситуация.

– Я знаю, что ситуация чрезвычайная. Но зачем вам нужно...

– Спасибо, – буркнул я и обратился к полицейскому: – Поехали, он разрешил.

– Но я не слышал разрешения, – возразил полицейский.

– Действуй. Сделай это для меня.

Полицейский пожал плечами, и машина с включенными фарами и сиреной тронулась в направлении рулежной дорожки.

Из динамика снова раздался голос Ставроса, но я убрал звук.

– А ты меня обманул, – упрекнула Кейт.

– Прости.

Полицейский кивнул в сторону заднего сиденья:

– А это кто?

– Это Кейт. Я Джон. А тебя как зовут?

– Эл. Эл Симпсон. – Машина свернула на траву и поехала вдоль рулевой дорожки на восток. – Лучше держаться подальше от рулевых дорожек и взлетно-посадочных полос, – пояснил Эл.

– Тебе виднее.

– А что за чрезвычайная ситуация?

– Прости, но не могу сказать. На самом деле просто не знаю.

Через минуту мы уже могли видеть на горизонте силуэт огромного «боинга».

Симпсон пересек рулежную дорожку, затем снова поехал по траве в направлении длинной посадочной полосы.

– Мне нужно связаться с вышкой, – сказал он.

– Нет, не нужно.

– Но таковы правила. Мы не можем пересекать...

– Об этом не беспокойся. Я буду следить, чтобы мы не столкнулись с самолетом.

Симпсон пересек широкую посадочную полосу.