Читаем Игра королев полностью

— Что тут поделаешь? Мне не сдержаться, когда выпью эля.

Кристиан овладела собой:

— Это не имеет значения. Леди Леннокс, я во многом завишу от Сима. Ничто, конечно, не может помешать вам шушукаться с моими слугами, если вам угодно, но я предпочла бы, чтобы вы не спаивали самых молоденьких из них в своих целях.

Беспомощная, жалкая попытка. Маргарет вкрадчиво осведомилась:

— Я вас побеспокоила? Прошу прощения. Нет ничего зазорного в том, чтобы выслушать исповедь умирающего даже в том, чтобы записать ее, заверить подписью священника и припрятать в надежном месте. Кстати, куда вы ее спрятали? Не волнуйтесь. У нас хватит времени, чтобы вас обыскать, дорогая, в Гексеме.

Они помолчали. Потом слепая девушка произнесла с расстановкой:

— Мне нечего опасаться. Харви признался во множестве грехов, но меня это не касается. Если он что-то и подписал, то, наверное, отправил своим родственникам на юг. Зачем бы мне понадобились эти бумаги? Если вы мне не верите, то я настаиваю, чтобы меня обыскали.

— Весьма благоразумно с вашей стороны, — радостно подхватила Маргарет Леннокс. — Я вам не верю, разумеется: вы, конечно, очень изобретательны, но я прикажу обыскать вас самым серьезным образом.

Сим, очнувшись от своих печалей, внезапно вмешался:

— Обыскать! Только попробуй тронь ее, шлюха! Попытайся дотронуться до кого-нибудь из нас!

— Вы неправильно меня поняли, — засмеялась леди Леннокс. — Я не собираюсь сама пачкать руки о вас или вашу маленькую хозяйку.

Сим закричал:

— Что я наделал? Она мучает вас, что я наделал? Я не хотел — это все эль, — она спросила меня…

— Не расстраивайся, Сим! Боюсь, что ты совершил ошибку. Она вовсе не друг нам и… нашим друзьям.

Он застонал и прошептал:

— Хозяину Калтера? Она хочет навредить вам и ему?

— Да.

— Ей это не удастся! — выпалил Сим и перескочил на лошадь Кристиан.

Тяжесть его тела пригнула девушку вперед; ей стало трудно дышать. Она почувствовала, как Сим ухватил поводья покрепче и натянул их, крепко держа ее одной рукой за талию. Лошадь встала на дыбы, затрепетала и, понукаемая Симом, рванула и понеслась, как стрела, через весь отряд.

Ошеломленные, потеряв дар речи, всадники леди Леннокс застыли, затем беспорядочно ринулись в погоню по лугам и холмам вокруг Тайна, вопя во все горло.

У Кристиан перехватило дыхание. Придавленная к гриве коня, она совсем растерялась от неистовой скачки, волосы растрепались и упали на лицо, юбки хлопали по ветру. Сим перехватил руку, и Кристиан произнесла, тяжело дыша:

— Сим, глупец, возвращайся! Нас вновь захватят, и всем будет только хуже.

Вместо ответа Сим пришпорил лошадь:

— Я заварил эту кашу, мне ее и расхлебывать… Я вас спасу: надо только найти надежное место для бумаг… Вы можете их достать?

Она не могла. Признание Сэмюэла Харви, документ, существование которого она отрицала перед леди Леннокс, был зашит очень тщательно в ее чепрак. А они с Симом скакали на лошади вдвоем, значит, не могли настолько обогнать преследователей, чтобы перепрятать бумаги. Кристиан с усилием крикнула:

— Симон, останови лошадь и поворачивай назад! Ничего хорошего из этого не выйдет!

Он не отвечал. Потом к шуму, крику и топоту копыт прибавился странный свистящий звук. Он внезапно прекратился, раздался глухой удар, и Сим захрипел. Его хватка ослабла. Кристиан воскликнула:

— Симон!

Тело позади ее бессильно повисло, ноги зацепились за стремена, лошадь протащила его некоторое время за собой, и Сим с глухим стуком рухнул на вереск.

Лошадь, обезумев от страха, закусила удила и понеслась вперед.

Безжизненное тело чуть не увлекло Кристиан за собой. Однако, обнаружив, что произошло, девушка инстинктивно сжала лошадь коленями, вцепилась в гриву одной рукой, а другой пыталась нащупать упавшие поводья, но они ускользали. Лошадь скакала во весь опор, едва касаясь копытами земли, — вот она один за другим миновала холмы, взбираясь все выше и выше. Кусты обступали Кристиан со всех сторон, одна ветка царапнула щеку.

Кристиан что было сил держалась за гриву. Куда ее занесло? Не знакомые тропки из Богхолла в Калтер, не Стерлинг, не Думбартон, не Хай-стрит в Эдинбурге — к тому же всюду ее сопровождали Симон или Том, или Дженни Флеминг, мирно болтая, рассказывая обо всем, что попадется на пути.

Чужбина. Враждебная страна, где сама земля таит угрозу, а под деревьями и в кустах скрываются сонмы врагов. И главный враг, неодолимый враг — слепота…

Погоня отстала. Девушку обдувал свежий ветер, вдалеке запели птицы, их трели сливались со свистом ветра: казалось, поет сам воздух. Поющая пыль… Поющие пески… Вернется ли она когда-нибудь в Шотландию? К детям, к Сибилле, к человеку, из-за которого она сейчас несется сломя голову на неуправляемой лошади?

Позади нее раздался, постепенно замирая в воздухе, испуганный крик. Эхо многократно повторило его, пока он не затих окончательно.