Читаем Игра ферзей полностью

— Что-нибудь кому-нибудь точно надо, — выдохнул я, — не просто так ведь появился председатель Комитета спасения Родины, пастор тоталитарной секты, основанной спецслужбами Священного союза на Ферси. Где он, кстати говоря, ведь ты должен был заняться этим вопросом?

— Да выяснил я всё, командир. Саймон Грейс эвакуировался с планеты во время восстания, но наши ребята ему сели на хвост и сейчас изыскивают возможность войти к нему в доверие. Брать его сейчас за жабры нет никакого смысла, надо внедриться в его окружение и качать информацию, так правильнее будет. Ну, уберём мы его сейчас, а на его место ещё кого-нибудь поставят, тут надо действовать куда хитрее, — высказал своё мнение Ржавый, выбросив в мусорную корзину грязную ветошь и стряхивая пыль с пропитанного маслом комбинезона.

— Ты где это так извозюкался? — оглядывая его чумазую физиономию, поинтересовался я — не замечал прежде за Ржавым такого интереса к ремонту военной техники.

Устало выдохнув, мой заместитель покрутил головой.

— Ремонтный завод, доставленный с Ферси, возводим, благо он модульный, да к тому же совершенно новенький, его крестоносцы даже не успели распаковать, был в заводской упаковке. Через пару дней запустим, а затем за второй возьмёмся, вот только он посложнее будет, так как на нём не только проводить ремонт и техническое обслуживание можно, но и выпускать штурмовые роботы и даже самоходную артиллерию в режиме полного цикла возможно. Он хоть и не новый, но спецы говорят, что всё с ним в полном порядке.

— А как насчёт запчастей? — с практическим интересом спросил я у него, прикидывая в уме, как и, главное, где их можно достать, если с Ферси все трофейные склады были переброшены на Лейрин.

— Полно, на несколько лет точно хватит, а за это время собственное производство наладим, и будет у нас всё в ажуре-абажуре, — с ухмылкой на всё лицо выдохнул Ржавый и, сославшись на сильную занятость, попрощался и отключил связь.

Не успел я подняться, как вновь засигналил коммутатор. Пришлось разрешить доступ.

— Здравствуйте, сир! — с придыханием поздоровался со мной криминальный авторитет.

— Привет, Зубец, а чего это ты ко мне как на официальном приёме обращаешься? — удивлённо поинтересовался я, глядя на его холёную физиономию, видать, завёл за правило в последнее время элитных косметологов посещать, не иначе, да и вообще он с нашей последней встречи капитально изменился, поднабрав почтенной солидности. Видать, нынешний статус так на него подействовал.

— Ну как же, ведь вы, командир, таких высот достигли, и как раньше, обращаться совсем негоже.

— Ты это мне брось, Зубец, — шутливо погрозив ему указательным пальцем, проговорил я, — обращайся ко мне как прежде, я тебе что — заносчивый аристократ, что ли?

— Лады, Тур, — ухмыльнулся он, — а то было я уже подумал, к тебе теперь на хромой кобыле, как в прежние времена, не подъехать, как-никак правителем стал всего королевства, правда без короны и трона, но тем не менее.

— Ты-то как сам поживаешь, бродяга?

— Благодаря тебе выбился в уважаемые люди, большой вес заимел. Две трети всех криминальных группировок королевства теперь подо мной ходят. После больших пострелушек жизнь стала налаживаться, беспредельщиков на кладбище спровадили. Живём помаленьку и жизни радуемся. Корней, кстати, большой привет тебе передаёт, отбил он с лихвой вложенные деньги, да и мне неслабо перепало, так что всё хорошо, Тур, грех жаловаться. Теперь уж мой статус не только в королевстве все признают, но и вообще везде, Корней расстарался, недавно на большую сходку позвали, придётся лететь.

— Я рад за тебя, — отозвался я, в душе хваля себя за предусмотрительность, ведь такой инструмент негласного управления, как криминальный мир, всегда должен быть под контролем, чтобы не распоясался и не вышел из берегов, ведь это грозит большими потрясениями в обществе, что совершенно недопустимо.

— Тур, я тебе вот по какому поводу звоню, — резко меняя тон и выражение лица, отозвался Зубец, — тут буквально час назад вышел на меня один скользкий типчик и предложил пятьдесят миллионов крон золотом за твою голову, я поторговался и затребовал восемьдесят, он согласился, и этой ночью мне доставят задаток в слитках.

— Кто это был и чьи интересы он представляет, ты знаешь? — живо поинтересовался я, уже примерно догадываясь, кто это мог быть.

— Пока не знаю, мои люди плотно его обложили и следят за ним. Докладывают мне о каждом его шаге, как что-то станет известно, сразу тебе сообщу.

— Ты правильно сделал, Зубец, что дал согласие, теперь уж главное — выяснить, чья это инициатива, а остальное уже моя забота, — напряжённо размышляя, проворчал я.

— Тур, быть может, ты хочешь, чтобы я с этими деятелями самостоятельно разобрался? — как бы невзначай задал он вопрос, видимо желая сделать мне приятное.