– Ты не прикоснешься к моей младшей сестре! – закричал я, сжимая кулаки до хруста. – Мне чихать на всех твоих эргов! Высших и низших! Оставь мою семью в покое!

– Ничего нельзя изменить! Ты должен…

С этими словами я выхватил проклятый клинок из ее рук, началась борьба. Селеста оказалась гораздо сильнее и тут же скрутила мою свободную руку, заламывая ее за спину. Я взвыл от боли и отчаяния, понимая, что теперь вернусь домой и больше никогда не услышу смеха своей младшей сестренки, не увижу ее улыбку, не поведу ее в зоопарк. Все будет кончено сегодняшней ночью. И совсем нельзя ничего изменить!

Собрав последние силы и волю, я дернулся, развернувшись лицом к открытой настежь балконной двери, и со всей силы швырнул туда проклятый клинок. Со свистом он пролетел через всю комнату и прямиком угодил прямо за перила балкона в море, тонкая полоса развернувшегося пергамента, словно длинный хвост кометы, моментально проследовала туда же. Селеста мигом отпустила мою руку, громко выругалась и оттолкнула меня в сторону.

– Знаешь, что ты сделал, идиот? – закричала в отчаянии девушка. – Знаешь, что будет, если Витанис попадет не в те руки? Я вернусь, и только попробуй попасться мне на глаза!

С этими словами она выбежала из комнаты на балкон, вскочила на перила и ласточкой грациозно нырнула вниз с восьмого этажа прямо в море. Я выскочил следом, тяжело дыша, и долго вглядывался в темную воду, с ужасом ища среди волн золотые кудри Селесты.

Все было напрасно, девушка не выныривала. Неужели в этой сомнительной Академии Эргов не учат плавать? А как же все ее супер-способности и сила?

– Феликс, ты это видел? – донесся старушечий голос сверху. – Сиганула прямо в море!

О, сейчас мне было настолько по барабану, что подумают обо мне соседи. Я был не в настроении объяснять, почему из моего окна вылетают ножи и красивые девушки. Весь мир, словно экран цветного кинотеатра, погас и отошел на второй план.

– Они не тронут мою сестру! – рычал я себе под нос. – Я им покажу игру! Сволочи!

С этими словами я стиснул зубы и решил доставить высшим эргам столько проблем, сколько ни один смертный не смог создать за всю человеческую историю. Только в тот момент я совсем не думал, что великие боги совсем не любят проигрывать.

Глава 6. Ангелы и Демоны

Первым делом я нашел свой телефон и буквально подпрыгнул от удивления. Пять пропущенных вызовов и аж одиннадцать новых смс. Ну-ну! Как-никак я выиграл международный конкурс, а с победителями все хотят дружить. Особенно если до этого не узнавали на улице и отворачивались при встрече. Я поступил вполне разумно и обдуманно: выделил все непрочитанные смски вместе с пропущенными звонками и просто удалил одним нажатием. Все равно нет времени отвечать, да и к тому же тут дикий роуминг.

После этого я по памяти набрал самый родной номер на свете.

– Мам? – тихо спросил я, едва закончились длинные гудки. – Как вы там?

– Леня! Слава Богу! – ответил взволнованный женский голос. – Мы… у Насти ангина, температура не спадает. Вызывали врача. Как ты сам?

– Выиграл все, что мог, – быстро ответил я, не вдаваясь в подробности, вопросы задавать было бессмысленно; мои самые худшие опасения подтвердились, – береги сестру. Скажи ей… скажи, что я люблю ее, и когда снова буду дома, то мы непременно пойдем в зоопарк. Мне пора, мам. Целую.

Я повесил трубку, кусая губы, слезы навернулись на мои глаза, и, быстрее, чем я успел сообразить, что происходит, соленые ручьи побежали по щекам. Но я не должен плакать, Настя пока жива, и у меня есть время. Может быть, Селеста благополучно потеряла свой клинок. Кто знает, может быть, эта блондинка сама уже у ворот царства Аида? Черт, и откуда только эта музыка?

Я прислушался, затаив дыхание: где-то совсем рядом, словно внутри моей больной головы, плакала скрипка. Прекрасная печальная мелодия жгла мое сердце; грудь разрывало от боли, на глаза наворачивались соленые слезы. Я плакал в такт грустным нотам, кусая в кровь разбитые губы и задыхаясь от собственной беспомощности. Из коридора доносилось шарканье ног, всхлипывания и ворчание. Кажется, я был не один, кто рыдал под тихий стон скрипки.

Раздираемый печалью и любопытством, я выглянул в коридор: народ со слезами на глазах и смертельной тоской на лицах толпился возле номера, что был от моего всего через три двери. Кажется, Андреа Лепрэнто, наш грустный скрипач, живет именно там!

В его дверь уже стучали несколько раз, но безрезультатно, с той стороны ответом была лишь прекрасная мелодия, разрывающая тоской сердца собравшихся. Нет, просто невозможно терпеть! Мои щеки не успевали высохнуть, а глаза постоянно застилала мутная пелена слез.

Слепой и разбитый, я вернулся в свой номер, нащупал в дорожном рюкзаке старые наушники и нацепил их, не разматывая. Не помогло! Тогда я кое-как воткнул их в телефон и врубил на всю громкость первую же песню. Пусть я оглохну, но больше из моих глаз не выпадет ни одной слезинки. Трек оказался весьма позитивным и даже неплохо сочетался с тоскливыми звуками скрипки на заднем фоне.