Читаем Игра Богов полностью

Когда я, в целях экономии времени, взбежал по лестнице на самый верх, то на площадке перед спуском не было ни одного стюарда. Весьма странно: на всех остальных, даже самых низких и пологих горках работников, отвечающих за безопасность, было чуть ли не больше самих посетителей. Неужели наступил обеденный перерыв? Я окинул взглядом подножье горки: четверо крепких ребят в красных майках барахтались в бассейне, что-то крича в мою сторону. Кажется, это были стюарды, и только что они дружно съехали с горки.

– Извините! – закричал я, ничего не понимая в иностранной ругани.

Честно говоря, когда мои скудные познания в иностранных языках не позволяли перевести то, что было мне адресовано, я просто как можно чаще произносил «спасибо» и «извините». Недолго думая, я быстро развернулся, чтобы съехать с горки. Но вместо этого замер на месте, как вкопанный.

Передо мной стояла стройная белокурая девушка, одетая в темный кожаный топик и юбку. На шее – дорогое ожерелье, на руках – золотые браслеты, за поясом – тонкий изящный клинок ручной работы. Я взглянул в ее серо-зеленые глаза и тут же забыл, что происходит и где я.

– Горка капут, – произнес я на ломаном немецком, и добавил на английском, – идите домой!

– Daniel! – ее голос зазвенел в моем сердце, и я, как дурак, зачем-то расплылся в улыбке. – Tienes algo para mi! Tráeme hasta la puesta del sol, si quieres vivir! Daniel?

– Мадам, вы ошиблись, – продолжал улыбаться я, она быстро схватила меня за руку, – я не Даниэль, я лучше… Вау!

– Hasta la puesta del sol, – повторила девушка; между тем ее глаза успели из серо-зеленых стать темно-карими, – adios, Daniel!

– Что?! – только и смог выдохнуть я. Тем временем красотка ловко подхватила меня за плечи, словно котенка, и бесцеремонно швырнула с площадки вниз.

Это был самый неграциозный прыжок в истории человечества. Я летел, нелепо размахивая руками и кувыркаясь в воздухе. Наконец раздался громкий шлепок: благо прямо под вышкой находился бассейн, и я угодил в его лазурную гладь своей пятой точкой. Падение вызвало небольшое цунами, окатив водой с ног до головы всех загорающих многоуважаемых дам и какого-то белого пуделя. Тот с визгом бросился наутек и врезался тележку с мороженым, которая со скрипом скатилась прямо в бассейн. И, конечно же, во всем обвинили только меня!

Двое стюардов тотчас же нырнули за мной и вытащили на берег, по пути наперебой рассказывая, какое наказание меня ждет. Я молча развернулся и посмотрел на вышку, и в этот момент «чудесная» блондинка помахала мне рукой и быстро съехала с горки, поднимая в воздух кучу брызг.

– Что там случилось? – спросил меня загорелый плечистый стюард, мокрые черные волосы которого блестели на солнце.

– Я… поскользнулся, – соврал я, задирая голову вверх и потирая пятую точку, которой сегодня досталось сильнее всех, – этого больше не повторится!

– Поскользнулся? – не поверил его голубоглазый коллега, качая белобрысой головой. Его подозрения были оправданы: площадку на вершине горки окружали высокие крепкие перила.

– Просто сидел на ограде, нечаянно поскользнулся и упал вниз, – хотел было ответить я, но в силу моего незнания английского, пришлось сильно сократить историю, – я прыгнул! – затем подумал и прибавил для убедительности, – мне очень жаль!

– Ты мог разбиться, и тогда adios наша премия! – продолжал первый стюард, на вид казавшийся не старше меня. – Пошли к старшему менеджеру!

– Что ты сказал? – я взглянул в его черные, как ночь, глаза. – Adios?

– Даниэль пошутил! – тут же заступился за коллегу голубоглазый и решил перевести тему. – Как тебя зовут? Сколько тебе лет, зачем страдаешь ерундой?

Я молчал: в моей больной голове звенел смех белокурой красотки.

– Даниэль? – промямлил я. Странно, но ее слова я помнил так же отчетливо, как и улыбку. – Tienes algo para mi. Tráeme hasta la puesta del sol.

Черноглазый стюард отпрянул назад, глядя на меня, как на приведение.

– Habla español?

– Никаких эспаньол! – замотал я мокрой головой. – Переведи, что я сказал!

– У тебя есть что-то, что принадлежит мне, – ответил стюард, хмурясь, – верни мне это до заката.

– Si quieres… – я вспомнил ее фразу в точности.

– Если хочешь, – испанский парень хмурился все сильнее и сильнее.

– Si quieres vivir! – закончил я.

– Если хочешь… жить! – скаут попятился назад и наступил на ногу голубоглазому коллеге.

– Чудненько! – я прикусил нижнюю губу, собирая в кучу все свои познания в английском. – Отпустите меня, я не пойду к вашему боссу!

– Но все видели, как ты свалился, – запротестовал белобрысый: он, видимо, ничего не понял из нашего диалога с черноглазым, – будешь все объяснять там!

– Отпустите меня! – обратился я к испанцу с самым серьезным лицом, какое только мог организовать в данный момент. – Дайте мне уйти, si quieres vivir!

– Пошли, Томми, – ответил он, хватая черными от загара пальцами запястье коллеги, – будет лучше, если он уйдет. Просто забаним его браслет на пару дней.

– Имя! Полностью! – потребовал белобрысый, не желая уступать.

– Анатолий Орлов, – ответил я, не задумываясь, – да баньте хоть на неделю!