Я взглянул на некогда прекрасное дорогущее украшение ценою в половину стоимости этого корабля и с ужасом шарахнулся в сторону. Блестящие драгоценные камни были все в темно-красной жидкости, кровь превратила алмазы в рубины. Что случилось с Лианой? Я быстро взглянул в зал и тут же встретился с голубыми глазами несчастного Андреа, парень все еще держал свою мертвую невесту на руках. Так Ромео и Джульетта с легкой руки судьбы превратились в Орфея и Эвридику.

– Ты всегда желал золота, – напомнила о себе Селеста.

– Ты сдурела? – прошептал я, с ужасом глядя на кровавое ожерелье – с его помощью я бы мог запросто купить себе отличный дом, новую машину и есть в шикарных ресторанах до конца своих дней, но вместо этого я лишь отвел ее руку в сторону. – Оно все в крови!

– О, наивный мальчик, – улыбнулась Селеста, черные глаза сверкали, – знаешь ли ты, что на Земле все золото в крови? Бери, его можно отмыть!

– Нет! – закричал я, отступая назад, и снова взглянул в зал.

«Реквием» кончился, убийства тоже, стороны разбирали своих раненых и считали потери. Странно, почему же глаза Селесты совсем не светлеют? Ведь все кончено!

– Что тебе сказала Каллисто? – неожиданно перевела она тему.

– Ничего особенного, – быстро ответил я, – просто наорала и дала по морде!

В это время к нам подбежал взволнованный Лукас в потрепанном костюме и с разбитой щекой. Его черные глаза расширились от блеска драгоценных камней. Секунда – и крепкий кулак швейцара сжался вокруг дорогого ожерелья, кровавого билета в волшебный мир роскоши и удовольствия. Он с силой выдернул драгоценность из руки Селесты и с радостными воплями помчался прочь из зала. Правда, ему не удалось уйти далеко: задыхаясь, бедняга замертво упал с лестницы, кубарем покатившись вниз по ступеням.

– Семь – один, Лео, – сказала Селеста. Ее черные глаза впитывали свет, девушка развернулась к выходу, – Это была не кровь, а отравленное вино. Бедняга Лукас порезался камнями. На Земле золото убивает гораздо больше людей, чем любые другие металлы.

– Ты хотела меня убить? – закричал я, в ужасе отступая назад. – Этим дурацким ожерельем с ядом, да?

– Осторожно! – только и успела выдохнуть девушка, ужас застыл в ее прекрасных черных глазах. – Нет!

В это время что-то холодное и острое прошло сзади сквозь мои ребра, сумасшедшая пронзительная боль обожгла спину. Я потерял равновесие, пытаясь обернуться, свет постепенно мерк в моих глазах.

– Вендетта, – донесся откуда-то издалека тихий шепот Андреа.

И, хватаясь за его новый кремовый костюм, перепачканный в чем-то липком и темно-красном, я с ужасом взглянул на окровавленное лезвие ножа и рухнул к ногам обезумевшего от горя скрипача. Теперь-то я понял, почему глаза Селесты так долго оставались черными.

На этом моя печальная история могла бы бесславно закончиться, но, увы, все только начиналось. Не прошло и десяти минут, как я снова открыл свои зелено-карие глаза, лежа на кровати в своем светлом прибранном номере. За огромным окном ярким торжественно пылал закат, теплые солнечные лучи били прямо мне в лицо. Я выругался, в сотый раз пожалев о том, что собственноручно сломал карниз и жалюзи.

Правой рукой медленно и осторожно я провел по своей спине, туда, куда мог только дотянуться. Прямо под ребрами мои пальцы наткнулись на какое-то липкое месиво. При детальном рассмотрении я понял, что это была моя собственная кровь.

– Могло быть и хуже! – тяжело вздохнул я.

И в этот самый момент из ванной до меня донеслось тихое журчание воды. Селеста?..

Глава 5. Дело было вечером

Я очнулся в своей каюте на мягком покрывале нежно-кремового оттенка, прямо в центре широкой двуспальной кровати. На мне по-прежнему был дорогой темный костюм в металлически-серую полоску и все та же некогда белая наглаженная рубашка. И в том, и в другом предмете одежды на спине имелась рваная сквозная дыра от ножа – подарок от «счастливого» жениха по случаю неудачной помолвки. Впрочем, тут важно добавить, что я спас неблагодарному парню жизнь. Правда, ценой жизни его невесты, нескольких покалеченных родственников, разбитым вдребезги залом ресторана и собственной продырявленной спиной. Что ж, могло быть и хуже.

– Чего разлегся, Феликс? – донесся откуда-то сверху ворчливый старушечий голос. – Поднимай свой тощий зад, и пошли к бассейну! Больше никаких баров!

Я чуть не рухнул с кровати на пол, позабыв про свою смертельную рану. К счастью, это были всего лишь соседи сверху, пожилая семейная пара из Голландии. Они постоянно спорили на английском, давая лишний повод своим соседям, находящимся в каютах с тонкими стенами, развесить уши. Думаю, таких седовласых пар было довольно много на этом огромном круизном лайнере «Игра Богов».

– Я не пойду в твой лягушатник, Аманда, – тут же ответил ей громкий бас, что-то тяжелое громыхнуло по потолку, кажется, ее супруг спрыгнул с кровати на пол, – у меня давление поднимается от вида всех этих стокилограммовых айсбергов в купальниках! И если твоя водовозка Камилла в свои шестьдесят пять снова будет загорать топлесс…