Читаем Игра полностью

— Принятое здесь сословное равноправие требует некоторой таинственности. Поэтому многие сегодня ночью будут играть под псевдонимами.

— Какой же псевдоним у вас?

— На этот счет я не очень беспокоюсь. Моя репутация говорит сама за себя. А вы, если пожелаете, можете от меня дистанцироваться.

— Почему я непременно должна этого желать?

Джек посмотрел на Сабрину как на младенца, которому предложили научиться очередной шалости.

— Я знал, что вы спросите об этом! Что ж, пусть окружающие делают собственные выводы.

— Какие же?

— Ну, например, что вы моя любовница.

Сабрина тряхнула головой и впервые в жизни почувствовала тяжесть собственных густых волос, падающих ей на плечи. Хотя не она одна была здесь без парика, но странное сочетание природных локонов с нарумяненными щеками и ярко накрашенными губами привлекало внимание.

Сабрина ловила завистливые взгляды женщин л видела похоть в глазах мужчин. Ее черное платье было слишком стянуто в талии, а декольте гораздо глубже, чем обычно. Тяжелое жемчужное ожерелье, не спускавшееся, как это было принято, в ложбинку между грудями, тоже привлекало оценивающие взгляды.

Сомневаться в том, что ее считают любовницей лорда Дарлингтона, уже не приходится.

С той самой минуты, когда Сабрина предложила Дарлингтону себя в награду за помощь в карточной игре, она никак не могла отделаться от ужасной мысли о том, что будет делать, если Джек захочет взять ее силой. И это был вполне обоснованный страх. Сабрина чувствовала, что Джек, несмотря на внешнее равнодушие, непременно потребует от нее уплаты долга независимо от того, выиграет она или проиграет.

Сабрина еще раз украдкой посмотрела на Джека. Его худое, покрытое бронзовым загаром лицо, казалось, не выражало никаких эмоций. С первого дня благополучного появления па свет Джек привык исполнять любой свой каприз. Вероятнее всего, даже сейчас, помогая Сабрине в осуществлении ее замысла, он надеется использовать создавшуюся ситуацию для того, чтобы еще больше разбогатеть. Что ж, пусть надеется! Всю правду о ее намерениях он узнает последним! Когда главная цель Сабрины будет уже достигнута!

Но возможно, она напрасно беспокоится?

Почти всю неделю Сабрина, сидя по утрам за чаем в гостиной дома графини Лавлейс, внимательно слушала наставления виконта, как лучше и безопаснее плутовать в картах. Уходя, Дарлингтон давал ей практические домашние задания, выполнение которых придирчиво проверял на следующем занятии. Она выполняла все наставления и уже очень скоро могла плутовать без всяких подсказок с его стороны. Но ни разу во время их занятий Джек не сделал попытки дотронуться до Сабрины. И вообще относился к ней как к прилежной ученице. Не больше!

На следующее утро после того вечера, когда графиня упала в обморок во время карточной игры, ее навестил доктор. Когда он ушел, Шарлотта заперлась на ключ в своей комнате и не выходила оттуда весь остаток дня. Но до самой полуночи Сабрина слышала доносившиеся из-за двери всхлипывания и рыдания. Лотта появилась лишь на следующее утро, осунувшаяся, с восковым цветом лица. Она отказалась отвечать на вопроси о своем здоровье, но все же призналась, что чувствует себя очень неважно. Однако это не помешало Шарлотте несколько раз приглашать к себе в комнату Джека Дарлингтона.

Сабрину вновь стала терзать мысль о том, что подруга и виконт любовники. Она заметила, как сразу оживлялась графиня в присутствии Дарлингтона, а в глазах Джека загорался несвойственный ему огонек интереса.

Однажды во время очередного занятия Сабрина не сдержалась и сказала

— Я думам, мы поступаем дурно, постоянно оставляя леди Шарлотту в одиночестве.

Джек посмотрел на свою ученицу Как и всегда, на его лице ничего не отразилось.

— Вы из можете ей помочь при этом заболевании — холодно ответил виконт.

Сабрина быстро повернулась и пытливо посмотрела ему в глаза:

— Лотта призналась вам, что с ней? — Нет.

По его односложному ответу Сабрина поняла, что Дарлингтон не хочет говорить нa эту тему.