Читаем Игра 14.0 полностью

— Я так и думал. Хорошо. Вот только есть проблема: у нас болен Штайнхен. Мы не можем оставить его здесь, это ясно. Поэтому для меня вопрос даже не стоит: я остаюсь — до тех пор, пока либо он не поднимется на ноги, либо помощь не придет.

На этот раз никто не кивал; наоборот, все обменялись тревожными взглядами.

— Ты же не хочешь заставить нас одних пробираться сквозь этот лес? — спросил Ральф.

— Вас может повести Карина. Она знает местность почти так же хорошо, как и я, и дорогу найдет обязательно. Мне же, сами понимаете, надо позаботиться о самом слабом члене группы. В настоящий момент это Штайнхен. — Пауль попробовал улыбнуться, но улыбка вышла кривой, вымученной и далась ему с немалым трудом. — Как только мобильники начнут ловить сигнал, сообщите, пожалуйста, обо всем в полицию и постарайтесь, чтобы вместе с полицейскими сюда приехал врач. Не волнуйтесь, у вас не будет проблем, я скажу, что всё это — моя идея. Что, кстати говоря, верно.

Георг взял слово, даже не став поднимать голову:

— Мы тоже остаемся. По-другому не выйдет. Сегодня Лисбет отсюда выбраться точно не сможет.

— А вдруг получится так, что вам придется ждать дольше, чем рассчитываете? К утру помощь может и не прибыть. Я не имею ни малейшего понятия, скоро ли поправится Штайнхен. Или быстро ли Карина вызовет помощь. И мы не знаем, что здесь еще может произойти. Так что вы сильно рискуете.

— Ясно.

Казалось, Георг давно уже решил для себя этот вопрос, и, хотя Лисбет выглядела очень несчастной, она ни слова в ответ не произнесла.

Пауль посмотрел в глаза Бастиану.

— А что, если тебе — я имею в виду, ты ведь разбираешься в болезнях лучше всех, — тоже остаться? — Он виновато улыбнулся, словно оправдываясь. — Из-за Штайнхена. В другой ситуации я бы не стал тебя ни о чем просить. Но сам-то я только нос заложенный, пожалуй, замечу, да и то не всегда.

— Да, конечно.

Только я вообще ничего не сумею сделать, если его состояние ухудшится. Бастиан прислушался к себе, разочарованно вздохнул: горячая еда и теплая постель снова отдалились от него неизвестно насколько. Но, в общем-то, он не чувствовал ничего, кроме легкой печали из-за расставания с Айрис. Она уйдет, а он останется. Бастиан старался не поворачиваться, чтобы девушка не прочитала это в его глазах. Я люблю ее. Очень. Очень-очень.

— Если Бастиан остается, я тоже остаюсь, — услышал он голос Айрис где-то слева. Теперь Бастиан все-таки посмотрел на нее и не смог сдержать улыбки. Она улыбнулась в ответ, солнечный свет разлился по неровно подрезанным волосам девушки, и Бастиан попытался запомнить эту картину, сохранить в душе.

— А мы хотим уйти, правда, Арно? — В голосе Альмы слышались плаксивые нотки. — Кто-то ведь должен сообщить в полицию и вызвать помощь, так ведь? — Она с мольбой смотрела на Пауля. — Мы с удовольствием это сделаем, если Карина покажет нам дорогу. Это же всем на пользу пойдет, да?

— Можете не препираться, — вмешалась Доро. — Никто это место не покинет, неужели вы всё еще не поняли?

— Не болтай чепухи! — крикнула Альма. — Перестань постоянно нас пугать. Мы идем, так, Арно? Мы идем. Кто еще с нами? Ральф, ты идешь?

Ральф нерешительно покачал головой, пояснив, что обратно он предпочел бы отправиться под предводительством Пауля, но при этом все время косился в сторону Доро.

Еще один поверивший ей, подумал Бастиан.

Натан колебался дольше всех, но в конце концов пробормотал, что не хотел бы бросать Штайнхена в беде.

В конце концов остались лишь трое, решившие отправиться обратно: Альма, молчаливый Арно и Карина.

— Надеюсь, мы окажемся в зоне доступа еще до того, как выберемся на шоссе, — сказала она. — Но надо отправляться побыстрее, чтобы успеть до темноты. Или до непогоды.

— Спасибо, Карина, — тихо сказал Пауль. — Ты найдешь дорогу?

Она кивнула, отбросив рыжие волосы за плечи.

— Ты же не раз ее показывал.

После того как маленькая группа добровольцев отправилась в путь — Родерик бежал на поводке, но все еще с наполовину обглоданной костью в зубах, — в лагере стало спокойнее.

Если бы Бастиана не мучил голод, то он улегся бы рядом со Штайнхеном и немного подремал. А так он бродил по опушке леса, высматривая ягоды.

— Клевер, — предложила Айрис. — Посмотри, вон там его растет просто уйма.

— Спасибо. Тогда уж в следующей жизни, если окажусь коровой.

— Да нет, я совершенно серьезно. Ты вполне можешь есть клевер: листья, цветки… в общем, всё. Вкус не так уж плох.

Девушка пощекотала ему губы клеверным листиком-тройчаткой, пока Бастиан не открыл рот и не стал жевать предложенную «еду». Как ни странно, это было довольно вкусно, не хуже салата.

Погруженные в свои мысли, они рассеянно наблюдали, как Доро, выбрав ровный участок поляны, принялась вычерчивать палкой на земле три концентрических круга и бросать внутрь них небольшие камни.

— Что она там делает?

— Вопрошает рунический оракул. На ярмарках это всегда пользуется большим успехом.

— И ее предсказания сбываются?

Айрис покачала головой: