Читаем Игорь. Корень Рода полностью

– Будьте здравы, братья! Время вас не берёт, всё такие же, только поседевшие да в морщинах. А смена-то изведывательская есть? – растроганно молвил князь Олег, обнимаясь от души со старыми знакомцами.

– Есть, княже, у меня вон внучок, пятое лето пошло, а уже вижу, будет из него толк, воспитаем с Хорем смену, – молвил, улыбаясь по-доброму Берест.

Долго говорили и не могли наговориться, вспоминая Олега Вещего и всех его тайных изведывателей, поход на Царьград и ранение Береста, и многое-многое из прошлого. Перешли и к делам нынешним. Олег, рассказав о скором своём походе в Таврику, попросил старых изведывателей о помощи. На что оба с охотой откликнулись.

– Тогда отправляйтесь, братья, с ближайшим торговым караваном в Таврику и вызнайте, сколько воев хазарских в Корчеве да соседних градах находится, как их быстрее и ловчее оттуда выбить, – дал первый наказ изведывателям князь Олег. – А через седмицу-другую и мы подоспеем, ударим по тем хазарам так, чтобы пыль с них посыпалась.

Хазарские воины в прибрежных градах Киммерийского Боспора, давно не имевшие серьёзных боевых стычек, разжиревшие на поборах с купцов и мелких торговцев, не смогли оказать серьёзного сопротивления суровым северным воям. Сытая и беззаботная жизнь для любой дружины страшнее вражеских клинков. Посланные в Хазарские пределы Берест и Хорь точно изведали, где и сколько имеется воинских сил. Действия подоспевших князя Олега и Ольгерда были стремительны, хазарские тудуны даже не успели сроиться в одно войско и дать достойный отпор варяжско-моравской дружине, потому были разбиты и рассеяны поодиночке. В панике они помчались в Итиль с просьбами о помощи.

Лета 6448 (940), Итиль

Посланник Великого Бека по имени Борух, лет около тридцати, с непривычно светлыми для иудеев очами и столь же светлыми, а точнее рыжими волосами, едва перекусив и почти не отдохнув после дальней и утомительной дороги, несмотря на приближающийся вечер, тут же поспешил во дворец Владыки, которого уже известили о возвращении его доверенного человека из столицы Восточно-Римской империи, которую в Итиле называли «Кустандий», подразумевая под этим словом не только столицу, но и всю Империю.

– Император Роман ожесточился против иудейских общин. Нашим братьям снова запретили обрезать рабов, жёстко пресекают все попытки пройти достойным людям во властные структуры империи. Мало того, христиане всячески притесняют иудеев в Кустандии и насильно крестят их. Так что борьба за этот богатый торговый казан, в котором «варится» множество самого разного товара со всех концов мира, пока складывается не в нашу пользу, – невесело докладывал рыжеволосый Борух.

– Какая там борьба за Кустандий, если наши соплеменники разбегаются из империи кто куда, – жёлчно вставил главный раввин с тёмной наполовину поседевшей бородой. – Много прибыло и к нам в Итиль, а это проблема, потому что все торговые места давно поделены. Разве что за счёт христиан…

– Мы изрядно пощипали христиан, что вели торг в Итиле, и многие из необрезанных принесены в жертву Великому Яхве в этот Пурим, но это всё равно не ответ, – в мрачной задумчивости проговорил Бек, глядя в огонь стоящего перед ним серебряного светильника с оливковым маслом. – Нужен ответ пожёстче, чтобы Кустандий ослабил свою волчью хватку.

– Слишком жёсткий ответ может ещё более ухудшить участь наших соплеменников в Кустандии, – проговорил раввин.

– А если ответить злодею Роману в Таврике, где эти проклятые христиане уже без войны и сражений, одной торговлей и своим непомерным золотом почти вытеснили итильских купцов? И гарнизонов наших там мало, в основном на восточном берегу, – вслух поразмыслил Бек. – Только как это лучше сделать?

– Надо сделать так, чтобы виновными в покарании необрезанных людей креста оказались не мы, а кто-то другой, – слегка улыбнулся одними уголками уст рыжий порученец Бека.

– Да, будем молить Всевышнего о ниспослании нам такого случая, – огладил бороду главный раввин.

А ещё через пару дней перед Беком у подножья возвышения, на котором он восседал, распластались два тудуна, едва, по их словам, унёсшие ноги из своих владений, и стали жаловаться на войско урусов, которое неожиданно ворвалось и разогнало или истребило большую часть гарнизонов.

– Нужно отправить войска, Светлейший, – лобзая ковёр у ног Великого, просил один из побитых тудунов, а второй поддакивал ему. – Они налетели неожиданно, как вихрь, мы даже не успели собрать все наши силы, – глухо бубнил, не осмеливаясь поднять взгляд на Великого Хамалеха, тудун Корши, именуемой греками Боспором.

– Неожиданно? – зловеще заговорил, едва сдерживая распиравший его гнев, Бек. – А где были твои посты и разъезды, которые должны были заранее упредить о появлении врага? Вы объедались дармовыми подачками греческих торговцев, бездельники! У-у, подлые шакалы! И что это за урусы?

– На Восточную Тавриду напал каган именем Хелгу, – осмелился молвить тудун Самкерца, или Таматархи по-гречески.

– Хелгу? Вещий Хелгу? – удивлённо вскинул бровь Бек. – Он ведь давно умер? Ты перепил греческого вина, или тебе мерещатся призраки?