Читаем Иероглиф счастья полностью

Столовая для преподавателей была небольшой по площади, с вентиляторами под потолком, заметно более чопорной и тихой. Здесь обслуживали малайские официанты. Как, потом выяснилось, малайцев в Сингапуре использовали как граждан второго сорта, в основном на неквалифицированной, тяжелой и грязной работе. Сами китайцы предпочитали более чистую и интеллигентную работу, и, соответственно, лучше оплачиваемую. Естественно, цены в преподавательской столовой были довольно высокими, причем в меню значились и некоторые европейские блюда. К радости девушек, выяснилось, что иностранным студентам, в виде исключения, вполне официально разрешалось в ней питаться. Так что ходить в маске педагога или бунтовать в защиту попранных демократических и житейских прав угнетенного студенчества не пришлось.

В зале почти все столы пустовали. Занято было только два из них. За одним сидели четыре очкастые китаянки среднего возраста, в простеньких хлопчатобумажных платьях и гольфах до колен, и обсуждали что-то с заумным видом на английском из методики преподавания экономики.

За вторым столом, в углу, одиноко сидел молодой светловолосый парень, явно не местный и тоже новичок. Даже его лицо и руки не успели толком загореть. Короткая стрижка, слегка удлиненное, волевое лицо с прямым носом и крепким подбородком, широкие плечи и какая-то вызывающая уверенность в себе выдавали в нем соотечественника. На нем были белые короткие шорты и фирменная оранжевая футболка с надписью жирными черными иероглифами поперек выпуклой груди: "Наньян Дасюэ". Аналогичное рекламно-корпоративное ткацкое изделие Сюзанна и Лора тоже успели приобрести в комплекте с матрасами и стиральным порошком в местном магазинчике.

Лора, естественно, сразу же встрепенулась при виде беззащитного, одинокого и довольно симпатичного самца, временно не охваченного женским вниманием.

- Явно наш клиент, из свежих, надо брать, пока не перехватили, - бросила она на ходу и сразу же, без всякой подготовки, бесцеремонно и решительно направилась к нему. - Привет! Ты не против приютить за своим столом двух одиноких, умирающих от голода и скуки американок. Меня зовут Лора, а подругу Сузи. Мы из Калифорнии. А тебя откуда сюда занесло?

Несколько оторопевший от бурного и неожиданного натиска парень вначале замялся, чуть не подавившись солидным куском бифштекса, который перед появлением Лоры успел запихнуть себе в рот. Теперь он в растерянности застыл, молча хлопая глазами, явно не зная, что делать дальше: то ли попытаться наскоро протолкнуть застрявший кусок прямо в пищевод, то ли выложить опять на тарелку, чтобы спокойно доесть после требуемого ответа. Его глаза в отчаянии перебегали с одной девицы на другую, как будто моля о помощи. А щеки и нос начали наливаться краской смущения, по мере того как молчание затягивалось.

Сузи, тронутая безмолвной мольбой в его взгляде и сознавая неловкость ситуации, пришла к нему на помощь:

- Ладно, Лора, давай не будем сразу терроризировать Прекрасного принца, а то он подумает, что мы покушаемся на его добычу. Пошли пока сами что-нибудь себе закажем у стойки. Я страшно пить хочу. Давай возьмем пока по бутылочке кока-колы. А принц до нашего возвращения место за столом постережет.

Удивленная неожиданной прытью спутницы, ранее никак не проявлявшейся в общении с мужчинами, Лора не нашлась с ответом и безмолвно последовала вслед за Сузи к стойке. Может, и правда пусть вначале спокойно дожует. Сытого хищника легче приручить.

В отличие от незнакомца они решили все же начать с китайской кухни, раз уж приехали в китайский университет. Тут как раз была прекрасная возможность для Сузи выступить в качестве эксперта. После недолгого совещания они быстро пришли к консенсусу на предмет того, что сегодня, в честь успешного завершения первичного устройства, две юные симпатичные студентки вполне заслужили маленький праздник, не заботясь о сохранении талии. Поэтому, выпив по бутылке колы со льдом и бегло пробежав глазами по меню, девушки быстро продиктовали официанту рекомендованные Сузи блюда - благо она в этом хорошо разбиралась - и вернулись за стол.

За это время бифштекс на тарелке незнакомца успел исчезнуть, и он не спеша потягивал кока-колу через соломинку из высокого стакана. Жаркий румянец тоже успел покинуть его лицо, на которое вновь вернулись уверенность и благодушное выражение. Не хватало только зубочистки во рту и копья в руках для полноты картины: "Счастливый охотник на привале возле останков свежесъеденното мамонта в окружении восхищенных поклонниц".

Уже с большим интересом и спокойствием разглядывая усевшихся напротив дам, он решил сам стать инициатором продолжения беседы.