Читаем Идущие сквозь миры полностью

Под городом располагаются уходящие на много ярусов вглубь подземелья, самые древние из которых — ровесники Утаорана. О них можно смело писать книгу, и не одну. Достаточно сказать, что одних только больших систем катакомб имеется около десятка, а в не самых глубоких из них насчитывается до сорока ярусов, не считая затопленные. Во-первых, это каменоломни эпохи со второй по шестую династии, во-вторых — так называемые Новые каменоломни, где еще лет пятьдесят назад добывались мрамор и травертин. В-третьих, древние железные рудники полуторатысячелетней давности — времен, когда Утаоран был одним из центров металлургии. За ними следуют обширные подземелья эпохи, когда город входил в Ральскую империю. Это и мелкие каменоломни, соединенные потернами, и тайные ходы, и канализация с водопроводом, и старые зернохранилища, и многое другое. В Утаоране поговаривают о том, что на дне самых глубоких катакомб обитают какие-то покрытые мехом человечки, которые приносят в жертву всякого, кто попадает им в руки.

Собственно, вот и все о городе, ставшем началом нашего пути домой. Разве что можно еще сказать, что он стоит в очень красивом месте — не чета знакомым мне нагорьям севера Африки, выжженным солнцем.

Помню, на пятый день нашего пребывания в Утаоране мы с Секером, Ингольфом и Дмитрием, наняв повозку, запряженную короткоухим осликом местной породы, отправились в горы на прогулку. Воспользовавшись случаем, мы решили, по крайней мере, посмотреть на что-нибудь в посещаемом мире, кроме кабацкой стойки и замусоренных припортовых улочек. С нами пыталась увязаться и Таисия, но Мидара воспретила ей, проворчав при этом, что если кому-то хочется поближе познакомиться с местными бандитами, то пусть он не вовлекает в это дело беззащитную женщину. Боялась она, надо сказать, зря. Лихих людей, во всяком случае в ближайших окрестностях города, давным-давно повывели. Серпантин дороги спускался в тесные ущелья и вновь взбирался по отлогим ребрам склонов. Слева и справа от нас возвышались острые невысокие вершины с лежащими кое-где белыми пятнами снежников. Они были необыкновенно красивы на фоне закатного пламенеющего неба. Всего в двух часах от города мы набрели на небольшое плато, покрытое свежим зеленым высокотравьем с россыпями алых маков и тюльпанов необыкновенного голубого цвета. Там мы остановились и устроили импровизированный пикник, причем Секер выражал сожаление, что мы не догадались прихватить с собой девочек. Я лежал в высокой траве, глядя в синее небо, следя за быстрыми облачками, и наслаждался покоем. Наконец-то я ощутил себя свободным человеком, почувствовал, что как бы то ни было, а моя прежняя подневольная жизнь осталась в прошлом.

В этот мир мы попали совершенно случайно и с великим удовольствием немедленно убрались бы подальше. Началось с того, что при переходе Мидара ошиблась, а может, что-то не то показала планшетка, и нас вынесло неизвестно куда. Вокруг лежало поле недавнего сражения. Чадили, догорая, весьма грозного вида боевые машины с незнакомыми символами на броне, за холмами гремел недалекий бой, а над низкими горами висело громадное сизое облако, неприятно напомнившее мне свежий ядерный гриб. Было ясно, что нужно как можно быстрее покинуть это место, так что времени на расчет маршрута у нас не оказалось. Мы вновь нырнули в портал и опять выскочили в мире, не обозначенном на планшетке, — экран залила равномерная серость.