Читаем Идущие на смерть полностью

– Сейчас увидишь, кореш! – Кощей оскалил черную пасть.

… Авдееву почудилось, что он вернулся на войну. Только битва идет в благополучном тихом городе Ставрополе. Небольшая площадь перед входом в храм науки была заставлена военными машинами. Повсюду сновали крепкие люди в форме, и впервые за минувшие годы мужчина почувствовал себя в своей тарелке.

– Как видите, мой доклад был совершенно точен! – заявил Хорьков. – Отборные части ОМОНа защищают институт.

После посещения тюрьмы он казался подавленным и за время пути не проронил ни слова, но сейчас воспрял духом, выскочил из микроавтобуса, даже предпринял попытку подать женщине руку, которую она, впрочем, отвергла.

– Ваши сотрудники вернулись? – спросила Зоя.

– Так точно!

Чиновник был гениальным исполнителем. Не имея военного опыта, он на глазах преобразился в бывалого строевика. Казалось, немедленно готов начать печатать шаг на плацу.

– Сотрудники лаборатории находятся в кабинете, ожидают ваших распоряжений, господа! – Это уже была не речь, а ретивый лай.

– Вольно… – подмигнул Сергей.

Навстречу вышел крепкий мужчина с короткой стрижкой под «ежик».

– Это господин Кармазин… – сообщил Хорьков.

– Антон!

Мужчины обменялись рукопожатиями.

– Сергей Авдеев.

– Моя фамилия Волкова, – кивнула женщина. – Это вы приняли решение ввести дополнительную дозу сыворотки Трутневу?

– Так точно.

– Вы совершили ошибку!

– Тогда не было иного выхода.

– Если Трутнев окажется на свободе, он станет неуправляемым!

– Ну так прикончите его, пока сидит в СИЗО, госпожа Волкова! – Кармазин отвернулся. – Вы немедленно хотите пройти в лабораторию?

– Чем скорее, тем лучше!

– Прошу! – Он повернулся и зашагал по лестнице.

Приземистый Хорьков едва поспевал за ними. Здание было заполонено омоновцами.

Тем временем дождь усилился, громовые раскаты накатывали один за другим, серое небо испещрили изогнутые молнии. Водитель грузовика включил фары, два слепящих луча разорвали мглу, дождевая взвесь пузырилась на асфальте. Прохожие ныряли в подъезды, пережидая ненастье. На город обрушилась настоящая буря. Громко взвыла автомобильная сигнализация.

Кармазин поднимался по ступеням.

– Меня уведомили о вашем прибытии. Я знаю, что потребуются две дозы «красного жука».

– Какие-то проблемы? – спросила Зоя.

– Технические детали. Но я полагаю, их лучше обсудить с Алексеем Семеновичем.

– Это наш местный Эйнштейн! – подал голос запыхавшийся Хорьков.

Возле дверей лаборатории гостей встретил Травкин. Он тер воспаленные от бессонницы глаза, сильный винный запах не оставлял сомнений, что пикник удался на славу. На припухшей скуле багровел красочный синяк.

– Здравствуйте, господа!

– Волкова! – кивнула Зоя.

– Привет науке! – подмигнул Авдеев. Он наклонился к уху Кармазина и прошептал: – Признавайся, служивый! Ты ребятам вечеринку организовал?

– Был грех… – Лицо офицера оставалось серьезным, но глаза смеялись.

Зоя кивнула ученому, по-хозяйски вошла в лабораторию и рыскала среди стеллажей, уставленных колбами, не хуже заправской ищейки. В смежном с основным залом помещении вдоль стен расположились клетки с кроликами и мышами. Кролики меланхолично жевали травку, грызуны суетливо метались в своих ящичках. Саманта ударилась мягким тельцем о стальные прутья, издала воинственный писк. Зоя пристально взглянула на крольчиху.

– Уцелевшая особь?

– Да… – вступилась Люда. – После вакцинации уцелела крольчиха и две белые мышки. – У блондинки была размазана помада по пухлым губам, прическа сбита в бесформенный ком.

– Она агрессивна?

– Характер животных изменился в результате инфицирования. Особенно это заметно по Саманте.

– Хорошая зверушка!

Зоя провела пальцами по розовому носу крольчихи, которая немедленно успокоилась, повернулась к столичным гостям толстым задом и принялась жевать траву.

– Фантастика! – выдавил из себя улыбку Травкин. – Вы умеете укрощать зайчиков, госпожа Волкова?

– Вы что-то говорили о технических деталях, господин Кармазин!

– Об этом вам лучше поговорить с нашим мудрецом! – Он шутливо подтолкнул биолога.

Травкин вышел на передний план, прокашлялся и, стараясь не дышать в лицо начальству алкогольными парами, начал говорить. Клык шатался, и он немного шепелявил. Поначалу его смущало присутствие вездесущего Романа Аркадьевича, но видя, как тот сам тушуется, освоился. А когда он сел на своего любимого конька, то и вовсе позабыл о слушателях. Этим и отличаются одаренные личности, идея увлекает их больше денег, славы или триумфа.