Читаем Идущие на смерть… полностью

Таким образом, римское правительство постоянно находилось на грани кризиса, и ни один государственный деятель не мог найти выхода из создавшегося положения. Но бремя военных расходов было только одной из проблем империи. Не менее опасными были социальные и экономические проблемы. Поощряя развитие производства в зависимых странах, Рим пытался проводить политику свободного рынка. Однако римские рабочие оказались неспособными конкурировать с дешевой иностранной рабочей силой и потребовали высоких пошлин на товары, ввозимые в Рим. Когда такие пошлины были введены, зависимые страны не смогли продавать свои товары единственному государству, у которого были деньги. Для того, чтобы разрешить это противоречие, римское правительство было вынуждено выплачивать рабочим в Риме дотацию, которая составляла разницу между реальным заработком рабочего и расходами, обеспечивающими сравнительно высокий уровень жизни. В результате тысячи рабочих жили на получаемые от правительства деньги и совсем не работали.

Богатые римляне буквально купались в роскоши: они жили в великолепных дворцах и питались невообразимыми по изысканности яствами, такими, как языки дроздов в диком меде или свиное вымя, фаршированное жареными мышатами. Источником их богатства были большие производства — фабрики, где использовался труд рабов. Работая по принципу сборочного конвейера, фабрики производили огромную массу товаров. Безземельные крестьяне и безработные единодушно кричали: «Пусть платят богатые!». В ответ на эти требования правительство увеличивало налоги на плутократов, но существовал предел, который оно не осмеливалось перейти. В конце концов, именно налоги с богатых людей давали возможность всей системе функционировать, и правительство понимало, что их нельзя разорять. Были попытки запретить труд рабов на фабриках, но свободные рабочие требовали столь короткого рабочего дня и столь высокого заработка, что вся затея оказалась экономически невыгодной. Кроме того, владельцы больших фабрик, использовавших труд рабов, были влиятельной политической силой. Они делали все, чтобы разорить фабрики, применявшие свободный труд: подкупали сенаторов, нанимали лоббистов и заручались поддержкой бессовестных рабочих вожаков. Чтобы не потерять своих основных доходов, владелец римской фабрики не жалел денег на эту борьбу. А римский свободный безработный, получая подачки-пособия от государства, не стремился работать.

Римская толпа не разбиралась в экономических проблемах и не могла их решить. Для рядового римлянина панацеей от всех бед был цирк. Большие амфитеатры стали храмами, местами обитания и местами встреч для римских граждан. Поскольку игры всегда сопровождались ритуальными церемониями в честь богов, они удовлетворяли и религиозные потребности римлян. Но главным было то, что рядовой римлянин мог хотя бы на несколько часов оставить свое жалкое жилище в перенаселенном доме и побыть в великолепном месте, которое по роскоши не уступало Золотому дворцу Нерона. Здесь он имел возможность общаться со своими согражданами, сопереживать вместе с другими болельщиками за своих фаворитов и даже навязать свои желания самому императору, ибо, как говорили сами римляне: «Только в цирке правит народ». Римляне почитали мужество, и каждому из них хотелось представить себя отважным и стойким воином. Как современный болельщик подчас отождествляет себя с боксером-чемпионом, так и в те далекие времена маленький человек любил отождествлять себя с удачливым гладиатором.

Еще ряд обстоятельств делали игры столь притягательными. Пари заключались на столь большие суммы, что целые состояния приобретались и терялись в течение нескольких минут. Единственным шансом разбогатеть для рядового римлянина был выигрыш пари в цирке. Кроме того, как бы плохо ни шли у римлянина дела, он получал удовлетворение от мысли, что беднягам на арене еще хуже, чем ему. Служба в армии с ее низким жалованием и строгой дисциплиной мало привлекала римлян. Тогда как в цирке каждый мог почувствовать себя воином, выкрикивая советы или оскорбления сражавшимся на арене гладиаторам. И какой восторг испытывала римская толпа, когда во время игр какому-нибудь высокому гостю из союзной страны становилось дурно. Римские граждане говорили тогда с большим удовлетворением: «Ох уж эти изнеженные греки! Они не переносят вида крови, не то что мы, римляне!» — и с удвоенным удовольствием обращали свое внимание на дальнейшие события на арене.