Пожилая пара располагалась на больничных койках друг рядом с другом, с виду опознать их было невозможно, так как, кроме забинтованных голов, на них еще были кислородные маски. К госпоже Ален был подключен аппарат искусственного дыхания, и, судя по обилию медицинских приборов, дела у нее обстояли совсем плохо. Господину Алену было немногим лучше, но проделанный мною путь обязывал меня на время снять с него маску.

Рука нервно дернулась. Я увидел. В палате был он, тот старик, мирно сидевший в парке и, довольно прищурившись, выставляющий солнышку свое лицо. Это был он, и все мои самые худшие опасения подтвердились. Господин Ален приоткрыл глаза, и наши взгляды встретились. Его рука и губы немного дернулись в попытке что-то мне сказать, но получился только скрипящий вздох, и старик беспомощно затих от утомивших его усилий. Я вернул маску на его лицо, выглянул в сторону автоматов, и, убедившись, что костюм ещё не вернулся, бодро зашагал прочь.

Фигурка определенно была необходима не только мне, но и кому-то очень и очень влиятельному, ценность человеческой жизни для которого ничто, обычная статистика. Определить, где находится утерянная фигурка, сложно, а по человеку – не составляет особого труда. Вот только теперь я был на шаг впереди тех, кто осуществлял поиски, а они об этом не догадывались. Ко всему прочему, у меня был внушительный бонус – сама фигурка, которая хоть и не могла меня защитить, но открывала во мне неплохие навыки. Для начала мне нужно было как можно быстрее отстраниться от моих родных, чтобы им не навредили по моей вине. Звонок домой я сделал сразу же.

– Алло, привет, мам!

– Да, Пе́тре?

– Только что разговаривал со своим однокурсником и выяснил, что завтра занятие, которое желательно не пропускать. Так что я возвращаюсь в институт.

– Хорошо. На обед останешься?

– Нет, мам, ты мне сделай бутерброды, я перекушу в дороге, а поужинаю уже в общежитии.

– Жаль, конечно, нас всех вечером на ужин пригласили новые соседи – думала, ты присоединишься.

– Я бы с радостью, но не получается… – Волнение во мне немного возросло.

– Понимаю.

Похожий звонок я сделал Лизе, и уже через час отправился в путь к месту своего обучения.

* * *

Нужно было прервать рассказ. Я устал, Стефан и Фрейя тоже.

– Ну что? – спросил я, разминая затекшую спину. – У меня получается выполнять условия, оговоренные договором госпожи Арк?

– Да, Петр, всё отлично. Немного литературно, но именно так и нужно, чтобы передать эмоциональное состояние, – ответил Стефан.

Мы попрощались вечером и поприветствовали друг друга утром следующего дня. Уснул я не сразу. Несмотря на усталость, мысли от подробностей пережитого роились в моей голове и отгоняли сон. Но мне приятно было вести рассказ, так как повествование давало мне возможность повторно пережить моменты своего преображения. Я с нетерпением ждал утра, и как только вернулись слушатели, мы продолжили без особых церемоний.

(4) Институт

Переезд с одного места на другое дал мне время всё обдумать. Выбор был особо не велик: отдать фигурку, выбросить её или попытаться оставить себе. Отдать – и лишить себя шанса узнать о возможностях, ещё для меня не открытых?! Жизнь с осознанием такого поступка напрочь бы лишила меня самоуважения. Вариант выбросить выглядел ещё более ничтожным: в нем я со словами «Если не мне, так не достанься же никому!» швырял фигурку с моста в реку под зловещее хихиканье примата. Но какие шансы были удержать её у себя более пары дней? В теперешней моей обстановке они быстро стремились к нулю. Пойди я даже в столичные бомжи, люди, умеющие организовать карантин и ремонт парка, меня найдут за считанные дни. А потому нужно было уйти от цивилизации, в какой-нибудь домик на Аляске, где я смог бы спокойно заняться созерцанием трещинок в ледяной корке и ловлей комаров. Но перемещения через границы тоже без труда фиксируются, потому экотуризм шансов затеряться, увы, особо не повысит. Видимо, для начала мне нужны поддельные документы для выезда из страны – и уехать туда, где шансы отыскать человека будут минимальны в силу недоразвитости инфраструктуры. Может, Амазонка или Непал.

Вопрос, как удержать, формально был решен. Теперь нужно было подготовить пути к отступлению. Хоть ценность получения специальности стоматолога начала стремительно уменьшаться, терять потраченные на учебу усилия было неразумно. Хотелось бы оформить академический отпуск на год, а после решить, что делать. Даже при самых неудачных раскладах в рамках первого этапа обучения мой госэкзамен был сдан хорошо, и измени я специализацию на другую, я потеряю только пару предметов клинического этапа обучения. В свете последних событий было бы неплохо переквалифицироваться на психолога. Жалко, что в меде не преподают шаманство и мистицизм, мы бы с фигуркой добились там больших высот.