Читаем Иди в… пентхаус полностью

Постепенно приходило осознание приоритетов. Я понял, что не хочу быть ни менеджером, ни управляющим. Меня устраивала работа официанта: я зарабатывал хорошие деньги, и для этого мне не приходилось долго отсыпаться в перерывах между сменами. Наконец, в моем сознании столкнулись Амбициозный-Я и Довольный-Я. Амбициозный-Я тянул меня дальше, не давал останавливаться, кричал на меня, как майор Пейн из одноименного фильма. Но Довольный-Я был спокойнее, реагировал на все мотивационные речи с блаженной улыбкой и говорил: «Успокойся, Саша, у тебя все есть».

Ведь для молодого парня – откровенный кайф, когда есть и деньги, и свободное время, чтобы эти деньги приятно потратить. Это был довольно безмятежный период, и на какое-то время он меня полностью удовлетворял. Довольный-Я одержал закономерную победу комфорта над развитием. Вековое противостояние важнейших философов мира остановилось на мне и моем комфорте. Но, как говорится, ничто не вечно под луной.

Скоро спокойная и размеренная жизнь перестала меня устраивать. В голове снова проснулся Амбициозный-Я, начал шептать мне на ухо мотивационные речи, предлагал открыть страницу на HeadHunter и «просто посмотреть, ничего же такого!». И тут я узнал про «Джельсомино-кафе» – самое дорогое заведение в сети Ginza Project. Как-то раз к нам в ресторан пришли ребята оттуда и стали рассказывать, что зарабатывают только на чаевых по десять, двадцать, а то и тридцать тысяч рублей за ночь! У нас подобные суммы могли выходить только за одну-две недели. Это должно было стать моим новым вызовом. Я захотел работать именно там и пообещал себе, что меня возьмут – во что бы то ни стало!

К моему удивлению, прогнозы оправдались, и особых сложностей я не испытал. Меня легко взяли в «Джельсомино». Да и информация оказалась правдивой: на чаевых здесь действительно можно было хорошо заработать. Трудиться приходилось именно в ночные смены, а это суета, бессонные ночи, разбитые дни… У меня появились флэшбеки из времен работы в больнице. Состояние было довольно схожее. И вместе с ними росла и какая-то неудовлетворенность собственным положением. С одной стороны, «Джельсомино-кафе» максимально прикольное место, где хорошо платили и не морочили голову сложными процессами. Чего еще можно хотеть? Но шло время, а я словно застрял в каком-то болоте, топтался на месте, и моя жизнь кардинально не менялась. Друзья, что надо мной смеялись еще два года назад, закончили обучение, стали работать. Их карьеры развивались, и причем у некоторых довольно успешно. А я как будто завис. Я находился в межработном вакууме, в котором не было радости, а лишь глубочайшая неудовлетворенность собой. Иногда становилось даже противно смотреть на самого себя: сытого, довольного, ленивого. Это было все, о чем только мечтал Саша из прошлого, падая на кровать после тяжелейшей смены в реанимации. Но Саша из будущего смотрел на меня с осуждением. Саша из будущего уже достиг многого. И мне до него еще расти и расти.

В очередной раз во мне забурлило дикое желание что-то поменять в своей жизни. Окунуться в новую сферу или хотя бы зайти в ресторанный бизнес с другого входа…

– У меня тоже есть такая черта: каких бы вершин я ни достигал, мне всегда кажется, что это легко и что любой бы смог это сделать. Любое свое достижение я не считаю достижением. Для меня это абсолютно нормально. И для меня это двигатель. Так ты всегда знаешь, что можешь больше, а то, чего ты сейчас достиг, – это просто начало. Если кто-то начинает почивать на лаврах – это первый шаг к серьезному провалу.