Читаем Иди ко мне… полностью

— Вот так я и стал шаманом, неофициальным, только для своих. Но мои братья попытались и меня ввергнуть в их веру. Но не рассчитали свои силы, я оказался сильнее. Правда, не сразу. Несколько моментов даже вспоминать больно. Они прятали мою беременную жену, поджигали дома в нашей деревеньке, пугали мальчишек, шантажировали взрослых. И разозлили во мне самые низменные силы. Это как у ваших ясновидящих: белая магия и чёрная. И если колдунья светлая, она никогда не будет ворожить по-чёрному. Дабы не запустить бумеранг. Но мне уже было всё равно, и я нарушил все правила, отвадил этих негодяев. — Карл Иванович шумно сглотнул, замолчал.

Я принесла ещё кофе, пирожные, бутылку минералки. Старик сидел в той же позе, глубоко задумавшись. Стакан воды оказался очень кстати.

— Моя Сашенька умерла при родах, и мальчик тоже. Это наказание я несу всю жизнь. Только прошу тебя, никому не рассказывай. Я бы и тебе не стал говорить, но вызванная моими действиями путаница не даёт покоя: боюсь бумеранга, поэтому и кручусь рядом с вами. Дело в том, что я очень доверяю тебе, Лиза. Поэтому и отдал в твои руки такую мощную методу. А ты вручила её другой тётке. А она, не будь дурой, сообразила, чем овладела. После того, как ты застала их в кафе, Мишка прилетел ко мне. Я никогда не видел своего чемпиона в таком виде: растерянный, потухший, с бешено блестящими, какими-то болезненными, глазами. Он стал рассказывать странные вещи, я не сразу понял, о чём речь. А когда дошло, ужаснулся. Чужая баба пробуждала в Мишке спящие мужские силы, поднимала градус жизнедеятельности, возвращала его в полноценную жизнь без боли, без боязни за завтрашний день и, вообще, за будущее. Караул!

— Подождите, уважаемый! Не хотите ли вы сказать, что взрослый, сильный и очень порядочный Исаев попал под влияние точечного массажа? То есть, таким образом можно завоевать любого мужчину? За кого вы меня принимаете? — Я встала с твёрдым намерением прекратить этот разговор и уйти, это при том, что секунду назад почувствовала острое сочувствие и желание помочь этому старику.

— Нет, Лиза, устраниться от этого не удастся. Ты можешь сейчас не поверить, не дослушать, опять возненавидеть меня, но истину так и не узнаешь. Сядь! Я очень откровенен с тобой, ни одного слова лжи ты от меня не услышала и не услышишь. И будь любезна, не делай из меня доисторического монстра. Я не открою что-то новое, если напомню, что возможности человека до конца не изучены, и они безмерны. В данном конкретном случае именно это и происходит. Видишь ли, я владею многими техниками, но открывать их простому человеку не имел права. И только ваша с Мишкой история… В общем, я взял на себя ответственность, свято веря в благость своей затеи. Не буду забивать тебе голову, но главное ты должна понять: в организме твоего мужа произошла разбалансировка. Физически он силён, не чувствует никаких недомоганий, даже нагрузки довёл до прежних, чемпионских, чем заглушает моральный раздрай. Мне очень сложно объяснять, ведь я не должен был этого делать по всем правилам моих предков. Короче, если бы ты сама закончила третий, самый интимный этап восстановления Михаила, то забыла бы о всех переживаниях и получила возможность всегда и везде помочь ему. Между любящими людьми…

— Вот именно, между любящими. — Я не дала ему договорить, раздражение накрывало с головой. — У нас и так всё было хорошо, Миша уже чувствовал себя прекрасно. Зачем нужны были эти эксперименты? И как теперь прекратить эту разбалансировку? Ему совсем не нужны запредельные нагрузки, вы не находите? И потом, мадам Сергеева заграбастала в свои руки обалденный потенциал облапошивания мужиков? Вот где жуть и ужас! Сидели бы у себя в горах, шаманили на месте, больше пользы бы принесли, честное слово.

— Я уже подумываю об этом. Но пока не исправлю того, что натворил, не смогу служить людям. Я уже кое-что придумал, но, боюсь, ты мне не станешь помогать.

— Да мне, сначала, нужно во всё это поверить, Карл Иванович! — Я уже начинала закипать, вот-вот сорвёт крышку…

— Хорошо, давай поступим так: ты понаблюдаешь, сделаешь свои выводы и проявишься, когда будешь готова. Только не затягивай. И последнее, на сегодня. Скажи, психологиня отдала тебе остатки мази?

— Какой мази? Господи, ещё и это: благовония, афродизиаки, привороты… Дурдом! Нет, не вернула. Да я и забыла об этом. Теперь она наделает, как в той сказке «Каша, варись», мегалитры вашего чудодейственного средства, выпустит его в мир, и мы перевернём наши устои с ног на голову или, вовсе, превратим нашу планету в бордель!

— Правильно мыслишь, Лиза! Но я не допущу этого, не будь я камом Карумом!

— До свидания, господин волшебник. — Совсем испортилось такое хорошее слово, применяется не по назначению.

— До встречи. И, пожалуйста, никому ни слова.