— Вы уже спрашивали в прошлый раз, — она с трудом сдерживалась. — И скажите честно, какая разница?

— Какая разница?

— Ну да, каким образом эта информация помогает расследованию? Мне кажется, она не пила. Заказала чай со льдом. И вопреки тому, что вещает эта телевизионная братия, матерям можно иногда выпить, если хочется.

— Употребление алкоголя может отрицательно сказываться на достоверности ее показаний, — сказал Хойт с каменным выражением лица. — Это и вас касается.

В детской захныкала Беатрис, Нэлл отключилась от происходящего в попытках расшифровать значение плача. Опять температура? Или просто голодная? Она заметила, что Хойт смотрит на нее в ожидании ответа.

— Ой, простите, не услышала. Какой был вопрос?

— Когда она заказывала коктейль, с ней кто-то был? Может, какой-то злоумышленник? Может, ей в коктейль что-нибудь подсыпали?

— Нет, вроде я никого не видела.

Беатрис стала хныкать громче, Себастьян затрусил к детской. Он закрыл за собой дверь, и Нэлл повернулась к Хойту:

— Раз уж мы задаем вопросы, могу и я спросить?

Какая-то тень пробежала по его лицу, но ему удалось сохранить невозмутимость:

— Вперед.

— Откуда у прессы информация про Альму?

— Откуда?

— Да, кто сообщил им, что она занимается торговлей детьми? Кто пустил слух о ее причастности к преступлению? — Нэлл понимала, что нужно держать себя в руках, но не сумела справиться со злостью и раздражением. — Если у вас нет достоверных доказательств, то она тут не при чем, готова поклясться жизнью своего ребенка. Хорошо бы вы с коллегами перестали думать, что она виновата. Это сломает ее. — Нэлл улыбнулась. — Если она мигрантка, это не значит, что она не человек.

— Я ничего такого…

Вернулся Себастьян, вид у него был встревоженный:

— У нее опять температура. Надо бы ее покормить.

Нэлл вздохнула, прижала ладони к глазам, пытаясь унять боль, пульсирующую в голове:

— Послушайте, я была рада поболтать, но я нужна своему ребенку. Полагаю, я имею право попросить вас уйти?

Хойт кивнул:

— Конечно, у вас есть такое право. С удовольствие вернусь в более подходящее время. Я понимаю, что такое дети, — он закатил глаза. — У меня у самого трое.

Нэлл встала и пошла к двери на тяжелых ногах. Она демонстративно широко распахнула дверь:

— В таком случае, вы должны понимать, как непросто, когда ребенок болеет.

Хойт секунду помолчал сказал после паузы:

— Естественно, миссис Мэйки, это тяжело. Быть родителем вообще совсем не просто. Особенно когда дети совсем маленькие. — Он пристально взглянул на нее. — Как вы считаете?

Она не отвечала. Хойт встал с кресла и медленно двинулся к двери. Он остановился перед Нэлл, достал из заднего кармана визитку и протянул ей:

— По этому номеру со мной можно связаться напрямую. Позвоните, если вспомните о чем-то, что может нам помочь. Что скажете, миссис Мэйки?

Она взяла визитку:

— Да, хорошо.

Но когда она стала закрывать дверь, он удержал створку носком ботинка, просунул голову в образовавшийся проем и изучающе посмотрел на нее:

— Вас же действительно зовут Нэлл Мэйки?

Глава XI

День шестой

КОМУ: «Майские матери»

ОТ КОГО: Ваши друзья из «Вилладжа»

ДАТА: 10 июля

ТЕМА: Совет дня

ВАШ МАЛЫШ: ДЕНЬ 57

Вы уже придумали схему укладывания? Если нет, то скорее беритесь за дело. Ведь так малыш научится понимать, когда пора спать. Так что советуем не жалеть времени на укладывание: укачивайте и купайте ребенка, пойте ему, читайте и/или лежите вместе в кровати. После этого вам обоим захочется хорошенько поспать!

Кровь из пореза на запястье Фрэнси текла по предплечью, скапливаясь в сгибе локтя. Она прислонилась к кухонной стойке, Лоуэл спешил к ней с посудным полотенцем, тем, красивым, с подсолнухами. Полотенце от крови не отстирать, придется выбрасывать, подумала она.

— Господи, — сказал он, прижимая полотенце к ее запястью.

— Прости.

— Все нормально, прижми покрепче.

— Но это тарелка из сервиза твоей бабушки.

— Не думай об этом.

Он вытер кровь с потертого линолеума на полу, а потом собрал осколки из раковины. Покончив с уборкой, он облокотился на стойку:

— Ты как?

— Нормально. Это не так страшно, как выглядит. Странно, тарелка просто выскользнула из рук.

Он кивнул:

— Я вчера ночью слышал, что ты на кухне. Что ты делала?

— Мне показалось, Уилл заплакал, а потом я не могла уснуть. Просто я кое-что прочла…

Лоуэл покачал головой:

— Этим делом занимаются, Фрэнси. Причем профессионалы. Они его найдут, где бы он ни был.

Она не поднимала глаз и прижимала полотенце к ране:

— Знаю.

— Ты нервная и рассеянная. Уиллу это не полезно.

Она развернулась к нему:

— Это в каком смысле? Не полезно?

— Сейчас нужно думать о нем. О его…

— Ты серьезно? Я теперь только о нашем ребенке и думаю.

— Фрэнси, не надо, успокойся.