– Вариант пойти навстречу протестующим, я так понимаю, не рассматривается? – Мартин, вопреки чаяниям коллег изредка выбивался из их компании неожиданными всплесками гуманизма и всеобщей доброты.

– Нереально удовлетворить требования. На это потребуется столько средств, что в итоге обесценятся резервы всех стран. Выживать в условиях финансового коллапса будет ещё трудней. Всему миру, – мнение главы Комиссии отсекало бескровный вариант.

– Вирус.

Присутствующие, не сговариваясь, повернулись в сторону человека, произнесшего единственное слово.

– То есть?

– Новый штамм вируса, по возможности представляющегося соединением нескольких, который в итоге приведет к летальному исходу в кратчайшие сроки после заражения, – голограмма Дастина выдавала отменную подготовленность своего владельца. Эти нюансы утратили значение.

– Вирусы не выбирают, кого убивать, – Каролина видела огромный минус в предлагаемом решении.

– Представители власти, нужные и полезные члены общества должны быть вакцинированы. Если вирусная угроза окажется неконтролируемой, придется поместить в бункеры избранных на тот срок, пока вирус не уничтожат в окружающей среде по истечении срока, – политик, считавший свой вариант решения проблемы верным, сохранял хладнокровие.

– Вы имеете в своем распоряжении такой вирус и вакцину против него? – Каролина полагала, что коллега уж больно продуманно вещает об идеальном средстве уничтожения масс.

– Да.

– Метод отбора избранных имеется также? – Каролина не возражала против готовых решений.

– Позаботьтесь об этом вы. Возможно, к нашему следующему собранию вы предоставите кое-какие тезисы, – американец Уэйн не опасался выдать своего участия в формировании предложения английского политика.

– Прежде, чем мы остановимся на предложенном решении, нам следует ещё раз обсудить поднятый вопрос, – Мартин не мог согласиться с запуском вируса.

– Я, в общем-то, не прочь обсудить выбор предлагаемого решения мировой проблемы, – Дастин предпочитал многократно проговаривать какие-либо тезисы, дабы не имелось последующих колебаний.

– В таком случае предлагаю завершить наше собрание. Дата следующего будет выслана уведомлением за месяц. Конечно, если не придется созывать экстренное совещание, – глава Комиссии по планетарным вопросам не был приверженцем чрезмерных технологий и беседы посредством голограмм не приветствовал.

Встреча глав государств и представителей условно-фрагментированного политического пространства становилась неизбежной воочию.

Глава 38

Мало, что производило на него впечатление. Имелся краткий список таких вещей и явлений. И в нем свое почетное место занимала мода.

Она вырисовывалась изящной, бесчувственной и слишком молодой особой, предпочитающей красный цвет и белые волосы. Да, такой он видел её. Моду. Она не умела любить. Она предпочитала, чтобы любили её. Восхищались ею. Это была живая кукла. Он с детства играл в них. Несвойственное маленькому мальчику занятие защищала его горячо любимая мать. Став довольно пожилым человеком, Карл был благодарен матери, оберегавшей его становление.

Зал зашелся овациями. Его коллекция имела успех. Как всегда. Но приятно было, как будто впервые.

Карл не без удовольствия поднимался с роскошного старинного кресла, претендовавшего своими вензелями зваться троном, и выходил в зал к рукоплескавшей аристократии.

Среди присутствующих в зале неизменно находился владелец корпорации, посягавшей на монополизацию финансового сектора со всеми его биржами, инвестиционными фондами и отчасти банками, помимо сети крупных торговых центров. Вальдемар был одним из тех редких людей, которых Карл уважал. Он также трепетно любил красоту. Эгоистично. С юношеским максимализмом.

И с ним беседы Карла приобретали особый смысл.

Глава 39

Попытка разобраться в политических механизмах вдребезги разлетелась на куски. Она и не торопилась их искать и склеивать. Работа обязывала. В такие моменты она чувствовала себя неимоверно глупой. Если она и дальше продолжит сохранять наивность в понимании политической ситуации, рискует пополнить ряды протестующих.

Кристина проводила бесполезные часы за ноутбуком, пытаясь отыскать в сети ответы на вопросы, задаваемые миллионами людей. Каждый давал ответ. Обрезанный. Неточный. Она не видела полной картины. Как всякий обыватель. Ей, как репортеру это не могло сойти с рук.

Требовалось расширение границ собственного представления о мире. И это мог проделать с её сознанием один человек. Собравшись, она отправилась к дому бывшего руководителя. Вышедший на пенсию главный редактор, обязанный располагать собственной точкой зрения, спас бы её.

Она настойчиво звонила в его дверь. Наконец-то она заслышала возню по ту сторону. Открыл ей дверь, пропитанный бременем пенсии человек.

– Я даже догадываюсь, почему ты пришла меня проведать, – засмеялся Антон Тихонович.

– Мне нужна подсказка, – Кристина топталась на пороге, но была быстро втащена внутрь не утратившей силы рукой старика.

– Все хотят знать, что происходит, почему и что ждать дальше.

– И я тоже.