Кристл заколебалась, прежде чем ответить ему.

— Ни дедушка, ни отец не интересовались обыденными делами. Проблемы мировых цивилизаций — это их завораживало. К сожалению, дедушка жил в такое время, когда спорные идеи были под запретом. Поэтому он был вынужден работать один. Отец был романтиком и мечтателем, он не обладал способностью завершить хоть одно начатое им дело.

— И все же очевидно, что ему удалось добраться до Антарктиды на борту американской подводной лодки.

— Что приводит нас к вопросу…

— Почему американское правительство одобрило участие романтика и мечтателя в секретной экспедиции?

Коттон знал, что это странное решение частично можно объяснить временем. Америка 50-х, 60-х и даже 70-х годов прошлого века провела ряд нетрадиционных исследований. Такие явления, как экстрасенсорное восприятие, контроль над разумом, НЛО и любые другие паранормальные явления, тщательно изучались в научных лабораториях секретных служб. Был исследован каждый аспект, и все это было сделано лишь для того, чтобы придумать новое оружие, которое поможет победить в «холодной войне». Было ли это одной из тех диких попыток?

— Я надеялась, что вы поможете мне разобраться с этим, — сказала Кристл.

Но Малоун все еще ждал ответа на свой вопрос: «Почему это так важно именно сейчас?»

— Это может быть отличной сделкой, которая буквально изменит наш мир, — добавила Кристл.

Позади нее появилась ее мать. Пожилая женщина медленно продвигалась к тому месту, где они стояли, ее аккуратные шажки были абсолютно бесшумны.

— Оставь нас, — приказала она дочери.

Кристл тут же ушла, не сказав ни слова.

Малоун все так же стоял, не выпуская из рук завещания Эйнхарда.

Изабель остановилась напротив него и, глядя ему в глаза, проговорила:

— У нас с вами есть что обсудить.

Глава 27

Джексонвилль, штат Флорида

01.20

Чарли Смит ждал на противоположной стороне улицы. Последнее задание, после него его ночная работа будет окончена.

Коммандер Захария Александр, уволенный из военно-морского флота США, провел последние тридцать лет ничего не делая, только жаловался. Его сердце, селезенка, печень, кости — вообще ни одна часть тела — не избежали проверки врачей и многочисленных анализов. Двенадцать лет назад он вдруг стал убеждать всех, что ему необходимо вырезать аппендикс, пока один из докторов не напомнил ему, что эта операция уже была сделана десятью годами раньше. Три года назад он говорил, что у него рак легких, объясняя это тем, что раньше выкуривал по пачке в день. Но многочисленные анализы ничего не показали. Совсем недавно он убедился, что у него рак простаты, а потом потратил недели, пытаясь убедить специалистов, что смертельно болен.

Однако сегодня все медицинские заботы Захарии Александра закончатся.

Решить, как лучше выполнить задание, было сложно. Так как каждый орган Александра был тщательно исследован и много раз перепроверен, смерть от внезапного отказа какого-либо органа определенно будет подозрительной. О насильственной смерти тоже не могло быть и речи, этот способ привлекал особое внимание полицейских. Но и здесь опять помогло досье. Оно сообщало: «Живет один. Его жена, устав от непрекращающегося нытья мужа, развелась с ним много лет назад. Дети навещают его редко, так как он постоянно либо жалуется на морской флот, либо надоедает с бесконечными нравоучениями. В сексе крайне консервативен, никогда не имел женщину снизу. Сейчас твердо уверен, что секс отвратителен и является причиной распространения всяких инфекций. Притворяется, что бросил курить много лет назад, но в основном по ночам, и обычно в кровати, наслаждается очень дорогой сигарой. Он специально ее заказывает через табачный магазин в Джексонвилле и курит по меньшей мере раз в день».

Этого лакомого кусочка оказалось достаточно, чтобы разбудить воображение Смита, и, соединив его с несколькими другими, он наконец определился, каким будет конец Захарии Александра.

Чарли добрался из Вашингтона в Джексонвилль пригородным поездом, приходящим поздно вечером. Затем последовал указаниям в досье и припарковался в четверти мили от дома бывшего морского офицера. Он надел джинсовую жилетку, схватил холщовую сумку с заднего сиденья арендованного автомобиля и вышел на дорогу.

На этой тихой улочке было всего несколько домов.

В досье было указано, что Александр крепко спит и очень громко храпит. Эта запись подсказала, что Смит может не беспокоиться о соблюдении тишины.

Чарли вошел во двор. С левой стороны доносился шум работающего кондиционера, отапливающего дом. Ночь выдалась прохладной, но все же не такой, как в Виргинии.