Читаем Язычник полностью

— Слушай, у меня пенсия только через неделю, не выручишь пятихаткой, а?

— А что конкретно он спрашивал? — Уточнил Алексей и вынув из кармана пятьсот рублей протянул старику.

— Да он адрес спросил, я больно то и не помню. С похмелья был жуткого. У Германовича день рождения был. Но я понял, что он больше тобой интересовался, чем ею. Он тебя другом назвал.

— Спасибо, — кивнул Алексей, трогая потихоньку машину с места. Он начал догадываться, кто тут был замешан.

— А это? Я как тебе верну то? — Протянул купюру Аркадьевич.

— Оставь — махнул рукой Алексей.

— Ну ладно. — Пожал плечами старик и повернулся к сидящей таксе, — Граф пошли, не сиди на земле, простудишься.

* * *

Шрамов сидел у себя дома в особняке, расположенном в сосновом бору. По телевизору показывали криминальные новости. Диктор сообщил, что в результате пожара в одном из элитных особняков погиб Юнгер Ян Владиславович. Некоторые источники утверждают, что покойный был связан с криминалом. В доме при обыске были обнаружены наркотики, а так же партия фальшивых долларов. Благодаря частной охране и скоординированным действиям сотрудников МЧС, пожар удалось быстро локализовать, чтобы избежать распространения огня на соседние участки.

— Твою мать — Шрамов чуть не поперхнулся коньяком двенадцатилетней выдержки.

Трясущимися руками набрав номер Казакова, Шрам еле дождался ответа. — Ты где бл. ть?!

— Вячеслав Игоревич, мы нашли подружку Махнева, но она ничего не знает.

— Мне сейчас не до Махнева. Ты дружок в курсе последних новостей?

— Нет, а что случилось? — Насторожился Казаков.

— «Что случилось?» — Озверел Шрам. — Да ты бл. ть охренел что ли вконец?! Ну ка быстро ко мне домой. Чтобы через десять минут твоя тощая задница сидела у меня в кабинете, понял?!

Казаков недоумевал, что могло так вывести шефа из себя. Выйти на них милиция могла из-за этой сучки, но не так быстро. Да и толку то? Ну да, искали. Да спрашивали. Поговорили и ушли. Доказательств того что они убили нет.

Зайдя в дом к Шрамову, Казаков прошел в большой холл и поднялся по лестнице в кабинет шефа.

— Ну ка присядь Виталий Дмитриевич — кивнул на кресло Шрам.

— Я не понимаю, что случилось. — Интонация шефа Казакову очень не понравилась.

Это был крайне плохой знак, когда Шрамов называл своего юриста и поверенного делами по имени отчеству.

— Как у нас товарищ Юнгер поживает? А?

— А что? Я с ним на днях виделся. Мы с ним все документы надлежащим образом оформили. Первый транш уже перевели на счет его организации. Семьсот пятьдесят тысяч долларов.

— Ты издеваешься что ли? — чуть не задохнулся Шрамов. — Этих денег нет. Сейф чист. Расчетный счет тоже. Подтверждающих документов о переводе средств то же нет. Юнгер мертв. Сгорел в своем доме. Ты за новостями не следишь дружочек совсем да.

— К…как сгорел? — побледнел Казаков.

— А вот так — Шрамов швырнул газету «Криминальный мир» на стол перед юристом. На газете было фото обгоревшего человека. На Казакова смотрел обугленный череп своими пустыми, черными глазницами. Часть черепа не успела до конца обгореть. Были видны куски кожи, запекшаяся кровь. Кусок обгоревшей губы приподнят, обнажая неровный ряд зубов. Надпись над статьей гласила «Убийство лидера секты БЕЛЫЙ СТРАЖ».

— Что это? — Судорожно сглотнул Казаков.

— Это п…здец ты понял? Денег нет. В Москву они не поступили. Юнгер был казначеем у воровской элиты в столице. Получается, что мы кинули воров. Ты понимаешь, чем это пахнет? — Шрамов вплотную приблизился к лицу Казакова и со злостью посмотрел на того.

— Война? — пересохшим горлом просипел юрист.

— Война? — Переспросил Шрам — ты в каком веке живешь Виталя? Сейчас война ведется на бумаге. Просто завтра тебя в лучшем случае посадят. А в худшем — Шрамов кивнул на газету.

— Я не понимаю, причем здесь мы? У нас все чисто. Я проверял много раз. Не подкопаешься. Мы не связаны с криминал ни как. — Казаков привстал с кресла, внимательно следя за шефом. Тот вернулся на свое место за стол и уселся в кресло, вертя в руках газету.

— А «им» там не надо ни чего доказывать — Шрамов кивнул в сторону головой. — ты знаешь как мне досталось депутатское кресло? Думаешь, меня народ выбрал, да? Люди? Да им плевать. Сидят у себя в затасканных трико и в халатах, растят капусту с картошкой у себя на дачах поливая говном и больше им ни хрена не надо. Это бы не отобрали и ладно. Стадо. Что они могут выбрать в своей жизни?

Шрамов с силой шарахнул газетой по столу. В комнате воцарилась тишина. Слышно было, как тикает маятник на напольных часах у стены, отделанных под старину.

— До меня дошли слухи, что в городе начал работать наемник. Ты слышал что-нибудь об организации «Милосердие»? — Шрамов посмотрел на Казакова.

— Это вроде бы организация была, занималась патронажем детских домов, и по совместительству какой-то религиозной деятельностью.