Читаем Явь (СИ) полностью

— У-у м-мен-ня в-всегда н-низ-зкая т-тем-мперат-тура т-т-тела. М-м-ой ор-р-рган-н-низм не б-б-борется, п-п-поэт-т-тому м-м-мне нн-нуж-жно б-б-больш-ше ус-сил-л-лий, чт-т-то бы сог-г-грет-т-ться. Эт-т-то н-не с-с-ст-траш-шно, к-как в-в-вид-дишь, ж-ж-ива ещ-щ-ще. Х-х-отя, т-т-так с-с-сильн-н-о йа ещ-щ-ще н-н-никогда н-н-не зам-м-мерзала, н-не д-д-умаю, чт-то эт-т-то т-т-только и-з-зз-за д-д-дождя. Т-ты, к-к-кстат-ти, т-тож-же зам-м-ерз, и-и в-все ещ-ще в м-м-мокрых в-в-вещах.

Паша, сидящий на корточках у матраца, мокрый до нитки, внимательно вглядывается в ее глаза и вдруг отвлекается. Светлая футболка прилипает к его худощавому телу, с прямых беспорядочных прядей стекают капли воды.

— Да, пожалуй, — он мрачно улыбается ей.

Становится к деревянному стулу, поднимает свои вещи с пола и снимает с себя мокрую футболку, отбрасывает ее в угол, подальше от остальных вещей. Сухие напряженные мышцы на юном угловатом теле, широкая спина, ни тени смущения. На его плечи падает тусклый свет от лампы, смягчая острые линии.

— Отвернись.

Варя стыдливо отводит глаза под одело.

— Т-т-ты м-м-еня т-т-олько чт-то с-с-своим-ми р-рук-ками раз-здел.

— Это были крайние меры.

— Пр-роех-хали.

— Как ты себя чувствуешь?

— Вс-се ещ-ще х-х-холодно. Б-будто в прор-р-руби нах-х-ожусь, мож-ж-жет нач-ч-чать св-в-водить конеч-ч-чности. М-м-меня лих-х-хорадит и н-н-нет сил ш-ш-шевелиться, — прерываясь, стуча зубами отвечает Варя.

Он внимательно разглядывает завернутую в одеяло гостью, прохаживается вокруг нее, присаживается рядом.

— Сейчас будет неловко. Либо я, либо скорая. Одеял у меня больше нет, обогреватели еще не заработали на полную, им нужно время.

— Я-я всс-с-се р-р-равно н-не м-могу с-с-сопрот-т-тивля-т-ться, — перебивает его Варя.

Короткий быстрый кивок с его стороны, и он плавно забирается под ее одеяло. Варя лежит на боку, смотрит в стену, у сердца нет сил биться сильнее. Он лишь слегка касается ее спины. Одну руку оставляет над ее головой, а второй придерживает тонкое плечо. Жжется. Варя чувствует, как прижимается к печи. Она осмеливается и придвигает ступни к его ногам, и застывшая кровь в них оживает, циркулирует как сумасшедшая.

Лежать молча довольно неловко.

— Т-ты м-маньяк-к? — тихо проговаривает она.

— Считай так.

— Чт-т-то б-будеш-шь д-делать д-дальш-ше?

— Съем тебя, — уголки его губ слегка приподнимаются в усмешке.

— К-к-как г-г-р-рубо.

— Я доложил о том, что слышал ребенка там. Его поиски уже начались. Ты спасла его. Надеюсь, гордишься этим.

— Д-да.

С каждой минутой дрожь стихает, тело разглаживается, расслабляется. У нее появляются силы почесать комариные укусы на своем теле. Дождь за окном продолжает лить, и сырость никуда не уходит, но сейчас, под одеялом, ей тепло и уютно.

— К-который ч-час?

— Три.

— Я х-хочу сп-пать.

— Во сколько тебе нужно быть дома?

— А в-во скольк-ко зак-крыв-вается биб-блиот-тека?

— Не знаю, никогда в нее не ходил.

— Н-ну это пон-нятно.

— Ты сейчас на улицу пойдешь.

— Где-т-то ок-коло ч-часа у мен-ня еще ест-ть, нав-верное.

Постепенно они привыкают к сложившейся ситуации, но начать обсуждать то, что что произошло совсем недавно, не осмеливаются.

«Может он постарается забыть это. Может мы оба сделаем вид, что ничего не случилось?»

— Ты это видела в прошлый раз?

— Д-да, но тог-гда его что-то сп-пугнул-ло, а в этот раз… я б-была увер-рена, что он-но убьет-т мен-ня. Т-ты ег-го т-тож-же в-вид-дел?

— Да.

Чернов о чем-то многозначительно молчит и лишь через время продолжает говорить, холодным и льющимся голосом.

— Знаешь, было бы проще, будь ты сумасшедшая.

— К-ак-к ты наш-шел м-меня?

— Почувствовал.

— Ч-то?

— Ты знаешь, что это было?

— Н-нет, в прош-шлый раз был-ло то ж-же сам-мое. Я вид-дела, как в-все вокруг-г тонет в оп-парыш-шах, гн-нил-лой з-запах, т-тишина к-как в в-вакуме. Но ког-гда я очн-нулась нич-чего уж-же не б-было.

Почти неуловимо, но Паша прижимается к ней чуть сильнее, и теперь его тело становится еще немного горячее.

— В библиотеку нам все же придется зайти.

— Ск-казки б-будем ч-чит-тать?

— Попробуем.

— Т-теперь м-мы ох-хотники з-за пр-ривед-дениями?

— Нужно знать, от кого прятаться.

— Т-ты м-можешь уехать. Н-не д-думаю, ч-что он пр-риходил з-за т-тобой.

Усмешка и глубокий, усталый вздох. Варя чувствует затылком, его от чего‑то печальную улыбку.

— Ты помнишь, как тебя выбросили с обрыва в озеро?

— Да, и что?

— Это я тебя из воды вытащил.

Эмоции красками заливают Варено холодное лицо, делают его румяным, дрожь пропадает, и на смену им приходит совсем другое волнение.

— Зачем?

— А надо было оставить тебя там?

— Я тебе никто. Нет смысла меня спасать.

— Уверена?

— Да.

— Брошу в следующий раз, даже если прибежишь за помощью. Так лучше?

Варя чувствует, как он сверлит взглядом ее затылок, пытается прочитать в нем ее эмоции.

— Да. Почему не встаешь и не уходишь?

— Охлаждаюсь.

На время воцаряется пауза. Глаза обоих бегают по комнате, думают о сказанных словах.

— Почему ты не сказал об этом раньше?

— Зачем?

— Получить благодарность. Ты ведь любишь, когда тебе должны.

— И как бы ты меня отблагодарила? Ты же не хочешь жить.

— Ты не знаешь меня.