– Вот почему в 17-м году прежняя власть потеряла власть? Созрели объективные предпосылки, это да. Но самое главное, власть не давала народу сублимировать свою агрессию во что-то.

– Привет, а война с немцами?

– А никто ж не хотел этой войны! Никто не хотел воевать, люди не понимали, за что борются. На нас никто не нападал, мы сами напали.

– Чтоб получить проливы! Был смысл!

– Да ты поди объясни темному крестьянину, на что ему эти проливы! Вот когда фашисты на нас в 41-м напали, там все понятно. Правы, не правы, хотел Сталин первый напасть или нет, это мы только сейчас разбираем. А тогда все было ясно. И то сколько народу сдалось в плен! Пропагандистски так развернули ситуацию, что вот враг напал, а мы невинные овечки. И… получилось! А когда никто не нападал, когда сами напали, да еще из-за каких-то сраных сербов?

– Они ж, типа, братья.

– А татарину они братья? А кавказским туземцам? Дикая дивизия там сотнями ложилась – какие они ей, сербы, братья? А немецкие генералы, которые у царя в генштабе сидели и командовали нашими войсками, учили, как с немцами воевать? Вон у Борьки Йордана дед – полковник Генштаба, воевал в Первую мировую против немцев же, сам немец прибалтийский, – ну какие ему братья сербы?

Комментарий Свинаренко

Когда был последний балканский кризис, я перед началом наземной операции в Косово аккредитовался в штабе войск НАТО в Скопье – столице Македонии.

Я тогда писал: «Уж кто сербам самые ближайшие и дорогие братья, так это македонцы. И что ж они – все, как один? Не сказать. Вот, например, ночь, центр македонской столицы Скопье. Как раз народ расходится с дискотек. И я задумчиво смотрю на ребят призывного возраста, которые со своими подружками уходят в темноту, – причем не против НАТО партизанить, но предаваться мирным восторгам любви. А в эти минуты через венгерскую границу пробираются на помощь братьям-сербам, которых они отродясь в глаза не видели – ну кроме Гойко Митича, – голодные русские добровольцы, имеющие при себе смену белья и пять долларов на карманные рас ходы…

– Совести у натовцев нету! – возмущается остановленный мной на улице македонец. – Это ж надо! Да как они смеют?! НАТО своим солдатам даже овощи и воду везет самолетами из-за океана! Они своих фермеров обогащают, а по справедливости должны у македонских крестьян еду покупать! Да это подрыв нашей экономики!

Я пытаюсь сочувствовать, но это выходит неубедительно – ведь минуту назад этот же прохожий требовал от России в моем лице поставок зенитных ракет СС-300.

– Нашу экономику из-за них лихорадит! – продолжает он. – Хорошие курвы (так здесь ласково называют проституток. – И.С.) стоили 40 долларов, а НАТО взвинтило цены до 150. Плюс еще курвам принято давать бакшиши – ну, золото, кольца…

– Так это ж вроде инвестиции, то есть положительный фактор для экономики, так?

– Ага, положительный! Так после бомбежек Белграда этих негодяев не пускают в город! И такая важная отрасль сферы обслуживания загибается!

– Ну и?…

– Так пусть побольше русских добровольцев приедет! Им же хорошо платят! Что, бесплатно? Да вы шутите! Так не бывает.

Полицейский на выходе из лагеря беженцев дергает меня за майку со словом «Moscow» и, преданно глядя в глаза, говорит слова, к которым я привык за эти дни:

– НАТО – но гуд. НАТО – капут! Русия не помога? Что проблем?

Я решительно останавливаюсь, пора поговорить с ними начистоту, пришло время наконец объясниться:

– Ты сколько получаешь? 500 марок? И дом у тебя свой? И машина есть? Хорошо. А твои русские коллеги живут в степи, в вагончиках, после того как их выгнали из Европы. И зарплата поменьше твоей, и вся задержана. Климат у нас мерзкий, да еще Чечня, президент (тогда эту должность занимал Ельцин Б.Н.) в больнице живет который год, от коммунистов житья нет. Тошно! А тут еще ты и требуешь от меня начать мировую войну. Молодец, нашел момент!

Я говорил с ним резко на правах старшего брата. Он слушал молча, и его дружки тоже. Помолчав, они достали из сумки полдесятка крашеных яиц, оставшихся от недавней Пасхи, – видимо, в рамках гуманитарной помощи нашим бедным офицерам».

Еще я там, в македонской столице Скопье, пошел в болгарское посольство, послушать – они ж братья ближе нашего. У нас вон настроения, добровольцы собираются, а вы как? Какое у вас брат ство?

И вот я начал болгар расспрашивать – как они стремятся на помощь братскому сербскому народу? А они мне отвечают: как нас достали уже эти сербы, мы из-за них в НАТО не можем вступить и в ЕЭС, потому что войны все время; примешь, а потом вступайся за нас да разрушенное восстанавливай. И войны были Балканские между ними, и Македония у них спорная территория, до сих пор не могут поделить. Оба раза сербы болгар кинули. И территории забрали. Это тоже еще в начале XX века. Мы, кстати, в то время тоже чуть не ввязались в те Балканские войны. Пронесло…[3]