Читаем Ящик водки полностью

Вот что я прозевал в 89-м! И в 99-м я это задним числом отсканировал.

– А теперь вот Чубайс получит Госпремию за приватизацию шахт Кузбасса. И шахтеры на него молятся, говорят, что Чубайс – охуительный… Начало работать то, что сделал Чубайс! Когда займы Всемирного банка на реструктуризацию угольной отрасли распределял, строил и так далее. Сейчас это начало работать!

– Но в 89-м люди это понимали иначе.

– Они просто не знали, что отдача начнется в 2003-м. Аман Гумирыч, политический враг Чубайса, ему позвонил и сказал: «Я без тебя на Госпремию – за реструктуризацию шахт – не пойду. Мы идем вдвоем».

– Тонко.

– Потому что сделали это вдвоем. Тулеева же выдвинули шахтеры. Одного. А он Чубайса позвал: «Мы можем сколько угодно спорить, но… без тебя не пойду».

– Красиво! Если же вернуться к моей личной жизни, то я дочку родил в октябре. Несмотря ни на что! Гемоглобин низкий был у беременной жены, резус отрицательный. «Вам, значит, ни в коем случае нельзя рожать, это убийство и матери и ребенка!» – так врачи нас накачивали. Это, говорили, удовольствие, вам недоступное. Но мы посовещались и решили, что тем не менее доступное. Мы пойдем прямой дорогой, а там что будет, то и будет.

– Правильно. И все кончилось удачно.

– Да… Двоих родили. С риском для жизни пришлось размножаться. Не моей, правда… Но – тем не менее.

– Скажи, а у тебя после родов изменилось отношение к миру?

– Ну да. Я понял, что попал в цепь, что идет передача хромосом в новое поколение… Полностью взрослым я себя еще не чувствовал (хотя мне уже тридцать два годка было), но как бы уже паспорт пора идти получать… И вообще я понял, что теперь далеко наперед надо рассчитывать. И еще, помню, радовался, что девочка. Мальчика-то я не так давно воспитывал, и меня ужасала мысль, что опять все по новой: рогатки, финки, двойки, прогулы, портвейн, сека, кабаки, мордобои, приводы в милицию, КПЗ, передачи и проч. То он ментов отпиздит, то они его… Оттуда его вытаскивать, отсюда вызволять…

– Ну зачем так драматизировать!

– Да я не драматизирую. Я тебе рассказываю, как реально воспитывал младшего брата. И вдруг – девочка! Такая послушная, чистенькая, трезвая, с бантиками, смотрит на тебя большими глазами, отличница… Это зрелище у меня просто слезу вышибало. Я по полной оттянулся на этом, за все свое трудное детство. Да… Я нашел еще запись: «7 ноября 1989 года. Зарезали кабана, мяса четыре пуда. Сала минимум».

– Четыре пуда!

– Да. Это теща с тестем зарезали. Штыком. Потом смолили паяльной лампой…

– Да что ты мне рассказываешь! Я сам поросят резал! Отец всегда держал поросят. Смалец, шкварки… Колбаса ливерная… Кишку мыть…

– Что, вы делали колбасу?

– Да. Вся требуха туда идет! Сердце, печень, желудок… Мясца туда, сала добавишь… Соль, перец… Кишку промыть – и это все в нее таким шприцом самодельным, из жести, с деревянным поршнем… Значит, берешь кишку, надеваешь ее на кончик шприца, и она вся распрямляется…

– Ну так вот я тебе скажу: немцы делают колбасу, и хохлы тоже. А русские – не делают ее ни хера!

– А лень потому что.