Читаем Ярость полностью

— Пока он служит безопасности поверхности. Точное время назвать невозможно. Но нам потребуется бомба. Заложить ее нужно сейчас, пусть лежит, а потом, когда нам потребуется, взорвется.

— Таков мой план, — подтвердила Кедра. — Единственно возможная бомба замедленного действия — это бомба, которую бессмертный может использовать против бессмертного.

— Что же это?

— То, что мы можем поместить рядом с ним. Оно должно всегда оставаться рядом с ним, постоянно угрожать взрывом и действовать в течение по крайней мере двадцати лет. Этого времени будет достаточно. Сэм должен хотеть, чтобы эта бомба была рядом. Это должно быть что-то такое, в чем он нуждается. Что-то привычное, удовлетворяющее потребности Сэма, — главное, Сэм ничего не должен подозревать.

Бомба должна казаться совершенной безвредной и пройти через все проверки, которым подвергнет ее Сэм. Даже если он проследит за… конструированием.

Захария усмехнулся.

— Конструирование?

— Рождение.

— Конечно. Человеческая бомба замедленного действия. Как вы говорите, единственное оружие, которое бессмертный может применить против бессмертного в данных обстоятельствах. Каковы же затруднения?

— Теперь мне нужна ваша помощь, Захария. Мы должны начать до рождения. Мы должны вырастить бомбу с самого гена, предусмотрительно отнестись к каждому ее шагу и очень тщательно скрыть следы. Думаю, что знаю, как это сделать. Но вначале… вначале дедукция, затем индукция. Вот резюме информации о Сэме Риде.

— Но не из общественных…

— Я использовала и наши данные. О, мы знаем о Сэме Риде больше, чем он подозревает. Психологически он нами вполне изучен.

— Он может измениться через пять лет. Или же через пятьдесят.

— Мы можем построить предсказывающие графики. Основные элементы не меняются. Я знаю, он всегда будет испытывать слабость к голубому цвету. У нашей бомбы будут голубые глаза.

Захария начал смеяться. Но Кедра не смеялась. Она сделала раздраженный жест и взяла в руки фотографию.

Захария стал серьезным. Он проницательно взглянул на нее.

— Интересно, какими методами вы руководствуетесь, Кедра? — спросил он. — Знаете ли вы это сами?

Она спокойно ответила:

— Я выделила множество факторов и составила описание человека, которого Сэм может иметь рядом с собой, скажем, через восемнадцать лет. В своем предсказании я, естественно, исхожу из успеха колонизации. В этом вопросе мы с Сэмом должны работать вместе. Наша бомба должна быть специально подготовлена, чтобы ее таланты и способности оказались необходимы ему. Внешность и другие физические данные тоже очень важны. Сэм предпочитает определенные типы голосов и лиц. Он не любит другие. Ну… я подготовила изображение человека, который ему нужен.

Она перебрала фотографии.

— Затем я исследовала жизненную статистику в поисках необходимой женщины и мужчины. Я проверила наследственность, и вообще абсолютно все. Я могу точно предсказать, каким будет их ребенок, особенно если он родится в определенных условиях, которые мы организуем, нелегально, конечно.

Харкер взял фотографии юноши и девушки.

— Они знают друг друга?

— Еще нет. Но узнают. Мужчина болел. Я заразила его — он хотел уехать в колонию. Мы удержим его здесь и устроим встречу с девушкой. Но наши руки должны быть абсолютно скрыты.

Захария неожиданно заинтересовался. Он наклонился, рассматривая многочисленные таблицы.

— Чем он занимается? А… вижу. Ему нужно дать что-нибудь интересное. И надо быть уверенным, что он останется в Делавэре. Думаю, что мы сможем потянуть за нужные ниточки. Да, я уверен в этом. Мы можем организовать их встречу и брак, но ребенок?

— Очень просто. Нам хорошо известен период ее плодородия.

— Я имею в виду, если будет не мальчик, а девочка?

— Она будет еще привлекательнее для Сэма Рида, — прошептала Кедра и замолчала на некоторое время. Неожиданно она отбросила фотографии девушки в сторону.

— Психодинамика — вот ответ на все вопросы, — резко сказала она. — Ребенок — мальчик это или девочка, с самого рождения подвергнется психодинамической обработке. В тайне, разумеется. Даже родители не будут этого знать. После каждого сеанса воспоминание о нем будет стираться, и ребенок будет находиться под постоянным глубоким гипнозом. К восемнадцати годам в его сознании закрепятся приказы, которым он не сможет сопротивляться.

— Убивать?

Кедра пожала плечами.

— Разрушать. Пока невозможно знать и сказать, что будет эффективнее. Конечно, гипнозом невозможно заставить человека совершить действие, которое он не может совершить сознательно. Мальчика нужно будет подготовить так, чтобы у него не было угрызений совести по поводу Сэма Рида. Должен существовать некий спусковой крючок — мы введем его гипнотически. Этот спусковой крючок должен действовать лишь тогда, когда это нам понадобится.

Захария задумчиво кивнул.

— Хорошо. Немного сложно, конечно. А вы уверены, что мы не переоцениваем этого человека?