— Бежим! — крикнула Бонни, ее голос был пропитан ужасом. Она побежала к вратам, так как и звук, разрывающий мрак.

Это было рычание, но не собачье. Они не ошиблись. Оно звучало намного глубже и тяжелее. Это был громкий звук, и от него тянуло звериной охотой и жаждой крови. Оно многократно повторялось эхом, дребезжа кости Елены.

Оно парализовало ее.

Звук послышался опять, голодный и дикий, но как будто слегка ленивый. Это была уверенность. За этим последовала тяжелая поступь с тоннеля.

Бонни хотела закричать, издав только тоненький свистящий звук. Что-то шло с тьмы тоннеля. Форма шла, раскачиваясь по-кошачьи. Елена узнала этот рык. Это был звук крупнейшей большей кошки, большей лева. Глаза тигра светились желтым, так как он подходил к краю тоннеля.

Наконец все случилось.

Елена чувствовала, что Стефан хочет оттолкнуть ее назад, убрать с пути. Но ее окаменевшее мускулы не дали ему этого сделать, она знала, что уже слишком поздно.

Грациозный прыжок тигра, и могучие мускулы летели в воздухе. В это мгновение, он бил как вспышка молнии. Она увидела худой мускулистый бок и гибкий позвоночник. Но она кричала не ему.

— Дамон, нет!

Это был всего лишь волк появившейся из тьмы, чтобы встретить его. Она заметила, что тигр был белым.

Большой кот бросился на волка и откинул его, и Елена почувствовала что Стефан убирает ее с дороги, отпихивая ее в безопасную сторону. Ее мускулы были обмякшими и она оказалась возле стены. Сейчас между ней и рычащей белой формой была крышка гробницы, а врата были с другой стороны.

Недостатками Елены сейчас были ужас и замешательство. Она ничего не понимала, и была сбита с толку криками в ушах. На какое-то мгновение она была уверена что Дамон игрался с ними все это время, что он и был Другой Силой. Но злоба и жажда крови, что исходили от тигра, были безошибочны. Это то, что гналось за ней на кладбище, и к деревянному мосту, и это убило ее. Это та белая Сила, которую хочет убить волк.

Это были не равные соперники. Хоть волк и был быстрый и агрессивный, но он не имел шансов. Один сильный удар тигра, и его большие когти раздерли плече волка до кости. Челюсти раскрылись, он зарычал и попробовал переломать волку шею.

Но Стефан помешал ему. Яркое пламя засветилось в глазах тигра, и он отшвырнул раненого волка с пути. Елена хотела закричать, хотела что-то сделать, чтобы избавится от боли внутри нее. Она не понимала; она ничего не понимала. Стефан был в опасности. Но она не могла двигаться.

— Выбирайтесь! — Кричал Стефан остальным. — Сейчас же, выбирайтесь!

Быстрее чем любой человек он отскочил от удара белой лапы. Огонь все еще горел в глазах тигра. Мередит была по другую сторону врат. Мэтт наполовину нес, наполовину волочил Бонни. Аларих был с ними.

Тигр пригнул на врата и те с грохотом закрылись. Стефан уклонялся, так как он сильно устал, чтобы опять лезть в драку.

— Ми тебя не покинем… — кричал Аларих.

— Бегите! — орал на него Стефан. — Идите на танцы и сделайте что сможете! Ну же!

Волк атаковал снова, пренебрегая кровоточащей раной на голове и плече, где сияли мускулы и сухожилия. Тигр продолжал драться. Звериные звуки были такими громкими, что Елена не могла устоять на ногах. Мередит и другие ушли; Зажигалка Алариха пропала.

— Стефан! — завопила она, увидев, как он готовится к прыжку, чтобы опять драться.

Если умрет он — она тоже умрет. Если ей суждено умереть, она хочет быть с ним.

Паралич покинул ее, и она пошла к нему, рыдая, потянулась и крепко его обняла. Она почувствовала его руки, которые сильно ее обнимали. И была такой же решительной, как и он. Она остановилась, и они стали лицом к лицу.

Волк был сражен. Он лежал на спине, несмотря на его темный мех под ним можно было увидеть лужу крови. Над ним стоял белый кот. Широко раскрытые челюсти были в дюйме от черного горла. Но смертельного укуса в шею не последовало. Вместо этого тигр поднял голову и посмотрел на Стефана с Еленой.

В зловещей тишине Елена заметила маленькие детали его внешности.

Усы были тонкие и изогнутые, как серебреные нити. Его мех был белым, с нечеткими, блестящими как отполированное золото, полосами. „Белый и золотистый“, подумала она, вспоминая сову на амбаре. Это взбаламутило ее память… что-то, что она видела… или слышала…

Тяжелым ударом, тигр выбил зажигалку с руки Стефана. Елена слышала его шипение от боли, но она ничего не видела в темноте. Там где вообще не было света, даже охотник был слеп. Цепляясь за него, она ждала боли смертельного удара.

Вдруг у нее закружилась голова; все закружилось, стало как в тумане, и она не смогла удержать Стефана. Она не могла думать; она не могла говорить. Земля, казалось, ушла из-под ее ног. Мрачно она подумала, что на нее действует Сила, которая поражала ее разум.

Она ощущала, что тело Стефана улетает от нее, и она больше не могла бороться с туманом. Она падала вечно и не знала когда достигнет земли.

Глава 14

Белая сова… охотник… тигр. Игра с ней подобно игре коту с мышью.

Смерть находится в доме.