Хотя степень и природа контактов между Японией и остальной Азией остаются предметом исследований, совершенно точно, что первые письменные упоминания о Японии сделаны на китайском языке. Датируемая III веком «Хроника Вэй» упоминает неких «яматаи» среди «восточных варваров». Сама Япония зовется «Землями Ва» (последнее слово обозначает «карликов») и разделена на множество мелких государств. Самым могущественным правителем была незамужняя шаманка Хими-ко («Дочь Солнца»), похороненная впоследствии вместе с сотней рабов. Яматаи обладали очень узнаваемыми в японцах характеристиками: сочетанием стоицизма и чувствительности, склонностью к пьянству и сильной потребностью соответствовать правилам приличия и морали. Законопослушные, с верными и никогда не жалующимися женами, они уже приобрели благоговейный ужас перед путешествием за границу. Соответствуют ли яматаи «ямато»? Возможно. Но также они могли быть жителями северного Кюсю. Дебаты по этому поводу начались среди японских ученых в XI веке и до сих пор не окончены.

ТАК ДАЛЕКО — НЕ ТАК УЖ ДАЛЕКО

Едва ли можно суммировать развитие Японии на фоне Китая лучше, чем это сделал сэр Хью Кортаззи, бывший британский посол в Японии:

...Япония была примитивным сельскохозяйственным обществом с — в лучшем случае — зачаточной системой государственного управления. Ее религиозные практики едва ли выходили за рамки анимистического культа плодородия и не содержали конкретной философской или этической системы. Ее традиции не простирались многим далее, чем поклонение кровавым и жестоким мифам. Она не имела письменности и литературы, хотя до нас дошли немногочисленные песенки, передававшиеся из уст в уста... Искусство было ограничено изготовлением необожженных горшков, лепкой глиняных фигурок и чуть более сложных изделий из металла... До того, как Япония столкнулась с влиянием Китая... она не имела реальных признаков собственной цивилизации.

Вероятно, следует слегка подкорректировать приведенные выше слова: японская культура все же имелась, не было пока японской цивилизации.

Но более важно иметь в виду, что — несмотря на огромное расхождение между двумя странами с точки зрения их размеров и уровня культурного развития — Япония продолжала впитывать в себя достижения Китая, чтобы не быть поглощенной им.

ГЛАВА 2. Китайские тени, 500-800 годы

Буддизм

Традиция утверждает, что в 552 (либо в 538) году корейское государство Пэкче представило двору Ямато изображения Будды и коллекцию манускриптов, разъяснявших его учение. Вскоре после этого появились знатоки, сведущие в китайских классиках, медицине, музыке, календарных исчислениях и предсказаниях. Невзирая на сопротивление некоторых консервативных сил, новая религия обрела патронаж в лице амбициозной семьи Cora, которая получила влияние благодаря управлению королевской недвижимостью. Консерваторов возглавляли клан Накатоми (потомственные жрецы) и клан Мононобэ (дворцовая стража, ведавшая вопросами обороны и безопасности). В 587 году семья Cora, после короткой, но кровавой борьбы за императорское наследство стала самой могущественной фракцией при дворе. К концу века буддизм окончательно сделался главным культом правящей элиты.

Как сардонически замечает Сэнсом:

Подобно тому как в то же самое время христианство помогало проникновению средиземноморской культуры в северную Европу, буддизм содействовал знакомству с высокоразвитой культурой Китая. Лидеры японского общества инициировали новую фазу отношений с материком, и это было преднамеренное, организованное и последовательное стремление перенять интеллектуальные достижения китайцев. И время оказалось чрезвычайно благоприятным. В 589 году, после более чем трехсот лет разобщенности, Китай объединил правитель Суй, а в 618 году утвердилась власть одной из самых выдающихся и продолжительных династий, династии Тан. Японии повезло и в том, что ее учителем стала наиболее сильная и развитая страна в мире.

СЕТОКУ