Горы стали оплотом и прибежищем для алан. Плано Карпнни замечает, что на Северном Кавказе есть земли, «доселе еще не подчиненные им [монголам]» отмечает длившуюся 12 лет оборону аланами Дарьяла. Гильом Рубрук указывает, что к 1254 г. в горных ущельях еще оставались очаги сопротивления монголам: «аланы на этих горах все еще не покорены». Сохранилась и аланская епархия с центром в Нижнеархызском городище. Среди непокоренных народов он отмечает также адыгов, зикхов , черкесов и лесгов: «некие сарацины, именуемые лесгами, равным образом не подчинены татарам». Однако «Гуюк-хан и Менгу-каан осенью кулкуна-иль, года мыши , по приказанию каана, вернулись, и в год быка, 638 г. расположились в своих ордах». Высокогорье не слишком интересовало монголов; разбираться с непокорными, ушедшими туда, они предоставили их единоплеменникам, жившим на плоскости...

Арктания

Я скрыть не в силах, Мать-Земля!

– Так монголы выкинули нас из нашей земли сюда, за море, взяв за шкирку, как котят. Сюда, где и так тесно. Как нам вернуться домой? Туда, где остались наши земли. Наши степи. Наши реки... Я уже показывал тебе, как бессмыслен «лобовой штурм». Но как же тогда?

– Это – «развивающий вопрос»?

– Считай, что да!

– А сроки?

– Думай, пока не придумаешь...

– Учитель, но ведь и авары, то есть савиры, тоже пришли в те края, правда, намного раньше монголов, но все же...

– Многие так думают, но это неправильно!

Смотри: с глубокой древности тюрки поклоняются «турк ыдук Йер-Су», («Священная тюркская Земля-Вода»). На Алтае говорят «Гери-су», у хакасов – Шерсуг, в Семиречье – Жер-Суу, но все это одно и то же, священный брак Земли и Воды, в котором был порожден мир, важнейшее, наряду с Тенгри и его катун Хумай, божество счастья и плодородия, которому мы, тюрки, поклонялись до ислама, пребывая в джахилийе. Сейчас Хумай стала у нас сказочной птицей, приносящей счастье, но Йер-Су иногда отождествляется с ней: тамга, соответствующую этому понятию, похожа на контур трехглавой горной вершины, и ее можно увидеть в царской тиаре Хумай – венце с тремя зубцами-лепестками. Местопребыванием Хумай считалась «трехрогая» гора Белуха на Алтае, а здесь, на Кавказе – Беш-Даг; у этой горы хоть и пять вершин, но с любого места степи их видно только три...

Ну, а теперь переставь корни в слове йер-су!

– Суб-йер, – произнес Абдаллах, ничего еще не понимая.

Али молча глядел на него.

– Ты ничего не слышишь? – наконец спросил он.

– А что я должен услышать?

– Да то, что суб-йер – это и есть субер, савир, а иногда просто йер, земные – это имя нашего племени! – с неожиданным раздражением, которого Абдаллах никогда доселе не замечал в нем, воскликнул Али. Абдаллах догадался, что причиной раздражения было то, что мысль эта была слишком дорога ему, – и не упрекнул в душе своего учителя.

– Как? – не понял Абдаллах. В его голове мгновенно пронеслось то, что рассказывал ему Старик о йерах, йериях, ариях, Земных, но ведь он думал тогда, что речь идет о каких-то богах глубокой древности. Старик говорил о греках и индусах, франках и персах, даже арабах, разошедшихся по всему миру из какого-то священного центра, но Абдаллаху и в голову не приходило, что речь может вот так конкретно идти о сегодняшнем дне... И что место, где находился этот священный центр, может быть точно определено: вот эта гора, вот эта река...

– Как? – повторил за ним Али. – А вот так. Сейчас я попробую рассказать все по порядку.

Слово суб-йер известно не менее трех тысяч лет! Наши мудрецы установили, что в глубочайшей древности, когда йерриты (хурриты) ворвались с севера, из-за Кавказских гор, в Междуречье и создали там государство Митанни , «...шумеры и вавилоняне называли страну и племена хурритов Субарту» . Может быть, само слово Шумер восходит к «суб-йер» ...

Суб-Йер, Вода-Земля – так мы в глубокой древности, в доисламской джахилийе, видели свою Вселенную: гора, окруженная водами первоокеана. С горы на четыре стороны текут реки. У индусов Индра, своей ваджрой убив Валу, выпустил из него «четыре потока»; а в другом варианте мифа, победив Вритру, Индра освободил небесную Гангу (реку), которая, обрушившись на его голову, разделилась на «четыре потока». Библия утверждает, что «из Эдема выходила река для орошения рая, и потом разделялась на четыре реки...». Греки говорят, что Гефест создал для царя Колхиды четыре источника, которые бьют из-под виноградной лозы... В Индии эту гору называли Меру; в Персии – Хара; поистине, и там и там правильно было бы сказать – Йера. Монголы тоже знают гору Сумер-ула, возвышавшуюся над водами потопа.