Но махди пришел, а социальные проблемы остались, и фатимидские теоретики отодвигали полную победу над неверными, торжество истинного учения в светлое будущее, которое обещало скоро наступить. Когда разорявшиеся крестьяне отказались ждать, фатимидский халиф Хаким (считавший себя божеством во плоти) в 1021 г. объявил, что во всем виноваты иноверцы и повелел христианам в обязательном порядке носить на одежде кресты, а евреям – бубенчики. Впрочем, еще в 1009 г. он разрушил в Иерусалиме храм Гроба Господня (в 1027 г. восстановлен его преемником).

Таковы были первые опыты создания земного рая в одном отдельно взятом государстве. Они понравились! Исмаилиты обратили внимание на другие караванные пути: одним из удачнейших мест для контроля над ними были горные тропы у южной оконечности Каспийского моря: Рей, Казвин, Аламут... Эти земли, неисчерпаемый источник таможенных и торговых пошлин, были только что захвачены сельджуками, так что борьба там предстояла нешуточная...

«Старец Горы»

В черепе «Белой Головы», Risha Havurah, каждый день обитают 13000 мириад миров, которые покоятся на Нем, опираются на Него. В этой сфир ничего не явлено, за исключением лишь Головы, ибо это Голова всех Голов... Мудрость свыше, которая есть Голова, сокрыта в ней, в Мозгу, который тих и спокоен, и никто не знает ее, кроме Нее Самой... И эта Сокровенная Мудрость... Сокрытое из Сокрытого, Голова всех Голов, Голова, которая не есть Голова, и никто не знает и никогда не знал, что находится в этой Голове, которую Мудрость и Рассудок не в силах понять...

Хасан ибн Саббах (1054-1124), Горный Старец, создавший орден низаритов (ассасинов) наложил свой чекан на все возникавшие позже государственные структуры. Все властители мира должны были с этого времени помнить о возможности быстрой и неожиданной смерти, приходящей ниоткуда и уходящей в никуда.

Хасан, выходец из известного шиитскими и суфийскими традициями Хорасана, обладал железной волей. Ему не давал покоя феерический взлет Обейдаллаха, чудом ставшего потомком Али и Фатимы и чудом же основавшего династию Фатимидов. Честолюбивый Хасан был уверен, что такие чудеса были бы по плечу и ему. Оставив двор Сельджукидов, он отправляется в Миср , бывший во времена Фатимидов средоточием исмаилитов и тайных наук. Общение с тамошними мудрецами позволило ему постичь арабскую и персидскую литературу, алхимию и астрономию, труды Платона, Аристотеля и Пифагора – но главным его открытием, которое, несмотря на наличие или отсутствие учителей, каждый всегда делает – или не делает! – только сам, было умение обращаться с живой человеческой душой. Его заговоры и амулеты действительно губили и исцеляли! Он стал известным исмаилитским да'и (проповедником).

Ему удалось отличиться и выдвинуться в этих кругах, он приобрел большое влияние в Мисре. Однако чем ближе к вершинам власти, тем опаснее; каждое неверно сказанное слово приобретает особый вес. Когда халиф Мустансир объявил наследником второго сына, Мустали, а старшего, Низара, лишил права наследования, возникла междоусобица, пролилась кровь. И Хасану, и другим сторонникам Низара пришлось бежать. Корабль, на котором он плыл, попал в бурю, многие сочли себя уже погибшими. Но не Хасан! Согласно легенде, он, приняв умиротворенную позу, с просветленным и возвышенным лицом воскликнул: «Господь Сам обещал мне, что со мною не случится ничего дурного!».

Хасан – тогда еще не Саббах, – оказавшись на попавшем в бурю корабле, изображал из себя, по крайней мере, Иону, проглоченного китом. Изображал очень всерьез – и этот спектакль одного актера имел неожиданный успех. Когда буря утихла, оставив невредимыми и людей, и даже корабельные снасти, бывшие на корабле единогласно заключили, что Хасан сотворил чудо.