Читаем Яковлев А. Сумерки полностью

Многое сплелось во внешней политике в послесталинское время. И реальные государственные интересы, и великодер­жавная инерция, и эхо былой готовности протянуть щедрую руку помощи всем, кто объявит себя противником Запада. Историки, я думаю, сделают еще не одно открытие относи­тельно того, как началась «холодная война», кто ее накачивал деньгами и психологией ненависти, кто и до сих пор не хочет расставаться с постулатами враждебности и воинственных амбиций.

У новой России очевидна потребность в нормальных дело­вых отношениях, равноправном и взаимовыгодном междуна­родном сотрудничестве, но, как говорится, храни нас Гос­подь от всего того, что именовалось интернационализмом на большевистский манер. В конечном счете все это прямо сле­довало из догмы, что империализм обречен, а также из не­умения и нежелания увидеть и реально оценить происходя­щие перемены в мире и реально оценить себя и других.

Идеологическое ослепление — страшная вещь, ведущая к неисчислимым бедам. Взять, к примеру, вторжение в Афга­нистан. Начиналось с малого. Переворот, осуществленный группой афганских офицеров, хорошо усвоивших советские рецепты: провозглашение социалистических целей и глубо­ких чувств дружбы к Советскому Союзу; порция антиамери­канизма; объявление руководителя страны Амина американ­ским шпионом — и... объятия Москвы обеспечены! Понача­лу речь шла об экономической помощи, помощи оружием и специалистами. Но афганские «преобразователи» сразу же уперлись в устойчивые традиции феодального общества. На­чалась гражданская война. Мне известно, что информацию об Амине как «американском агенте» дал Крючков, непо­средственно курировавший затем афганскую авантюру по линии КГБ и Политбюро ЦК.

Вторжение Советского Союза в мусульманскую страну Афганистан подорвало известное доверие мусульманского мира к нашей стране, способствовало развитию исламского фундаментализма, активизировало антирусские настроения в мусульманских республиках. Об афганской трагедии напи­сано и сказано много. Мир осудил советскую агрессию. Но грехопадение большевистской внешней политики случилось намного раньше вторжения так называемого «ограниченного контингента советских войск» на афганскую землю. Намно­го раньше! Оно вытекало из основополагающих постулатов большевизма. Об этом я и веду речь.

С началом Перестройки, весной 1985 года, не сразу, а ис­подволь, как бы вымеряя неизведанную дорогу, начался от­ход от догм, от зашоренности в международных делах, пере­смотр бетонных установок, которые били по жизненным интересам общества. Михаил Горбачев понимал угрозу ка­тастрофы страны в результате гибельной милитаризации. Демонтаж отжившей политики во внешнеполитической сфе­ре — это захватывающая и драматическая история.

В условиях, сложившихся в мире после серии трагедий в России и США, стало особенно очевидным, что политиче­ское толкование «холодной войны» — вопрос вовсе не про­шлого, а, скорее, будущего. Если завершение «холодной вой­ны» знаменовало собой поражение одной из сторон — это одна картина будущего мира. Но если мы готовы признать, что реальные события развивались по более сложному сце­нарию отношений, нежели простое поражение, — то это уже другая картина, хотя и не очень ясно, какая именно. По этим вопросам существует достаточно широкий диапазон мнений как в США и России, так и в Европе.

В этой связи весьма важно определиться с ответом на вопрос: когда же началась «холодная война»? Хотел бы вы­сказать свою точку зрения на эту тему. Принято считать, что она вспыхнула сразу же после Второй мировой войны. По-моему, это не так. Совсем не так. «Холодная война» нача­лась сразу же после раскола мира на две враждующие систе­мы, то есть в 1917 году.

Верно, что противостояние систем пережило разные эта­пы. Были спады. Были обострения. Все помнят и совместную борьбу против гитлеровской Германии. Но главная состав­ляющая — органическая непримиримость деспотии и демо­кратии — оставалась неизменной, готовой вылиться в новую мировую войну.

Чем была «холодная война»? На этот счет есть несколько точек зрения. Первая сводится к тому, что «холодная вой­на» — суть политическое и военное проявление законного и вынужденного ответа на неприемлемое международное по­ведение другой стороны. В соответствии с этой формулой США и Запад в целом вынуждены были пойти на ужесточе­ние политики в отношении Советского Союза из-за его по­ведения в странах Центральной и Восточной Европы, в неко­торых частях Азии, в «третьем мире». В Советском Союзе в соответствии с той же моделью подробно перечислялись прегрешения и происки США, на которые Москве приходи­лось реагировать очень остро, причем, как изображалось, во­преки ее желанию. Иными словами, в основе такого подхода лежала классическая формула «хороших и плохих парней». Абсолютному Злу противостояло абсолютное Добро.