Читаем Яковлев А. Сумерки полностью

«...На моих глазах, по указаниям Берия, Родос и Эсаулов резиновыми палками жестоко избивали Эйхе, который от по­боев падал, но его били и в лежачем положении, затем его поднимали, и Берия задавал ему один вопрос: «Признаешься, что ты шпион?». Эйхе отвечал ему: «Нет, не признаю». Тог­да снова началось избиение его Родосом и Эсауловым, и эта кошмарная экзекуция над человеком, приговоренным к рас­стрелу, продолжалась только при мне раз пять. У Эйхе при избиении был выбит и вытек глаз. После избиения, когда Бе­рия убедился, что никакого признания в шпионаже он от Эй­хе не может добиться, приказал увести его на расстрел».

Местные органы ВКП(б) постоянно просили увеличить плановые цифры массовых репрессий. Горьковский обком партии докладывал лично Сталину (февраль 1938), что вместо намеченных 4500 человек репрессировано 9600. Но и этого оказалось мало. Обком попросил установить дополнитель­ный лимит в 5000 человек, из которых 3000 для расстрела. Для Омской области лимит по первой категории был уста­новлен в количестве 1000 человек, но уже 13 августа, то есть через 8 дней после начала операции, начальник УНКВД Гор­бач сообщил Ежову, что в области расстреляно 5444 челове­ка, и просил увеличить лимит по расстрелам до 8 тысяч чело­век. Пользуясь энтузиазмом местных убийц, Ежов направля­ет Молотову новое письмо, в котором просит утвердить дополнительные лимиты на 63 270 человек, из которых 48 420 человек — по первой категории (расстрельной).

Дополнительные лимиты давались на основании решений Политбюро ЦК ВКП(б) и по личным указаниям Сталина, Мо­лотова, Ежова. Так, Политбюро ЦК 28 августа, 26 сентября,

4 октября, 20 октября и 13 декабря 1937 года удовлетворило ходатайства Оренбургского, Дагестанского, Архангельского, Калининского обкомов партии, Алтайского крайкома и ЦК Казахстана об увеличении им лимитов по первой и второй категориям.

В архиве хранится написанная рукой Сталина записка: «Дать дополнительно Красноярскому краю 6600 человек «лимита» по 1-й категории. За. И. Ст. В. Мол»... Ими же было подписано постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) № 612-132сс от 1 февраля 1938 года о дополнительном реп­рессировании по дальневосточным лагерям 12 тысяч заклю­ченных, причем всех по первой категории. Кроме того, 8 ав­густа того же года Ежов потребовал от начальника НКВД по Дальневосточному краю отчета о том, как идет операция по дополнительному лимиту еще на 20 тысяч человек. При этом Ежов указывал, что «край очень засорен», а лимит «можно прибавить».

Выполняя задания по реализации лимитов, местные орга­ны создавали всевозможные «антисоветские центры» и «подпольные организации», причем не только в республи­ках, краях и областях, но и в районах, поселках и даже в де­ревнях. Например, бывший начальник НКВД в Донецкой области Чистов, получив очередную информацию о том, что в той или иной области вскрыт какой-то «центр», неважно какой, сам разрабатывал схему аналогичного центра, наме­чал его состав, руководителей, филиалы и давал задания производить аресты и получать от арестованных соответст­вующие признания. Таким путем были «вскрыты» украин­ский, польский, ровсовский (белогвардейский), немецкий, махновский, сионистский националистические центры и не­сколько троцкистских. Большинство арестованных было расстреляно.

Для того чтобы выполнить лимиты по расстрелам, работ­ники НКВД в Вологодской области выехали в исправитель­ную колонию, сочинили там протоколы допросов 84 заклю­ченных с признаниями их антисоветской деятельности. Вы­давая себя за комиссию по отбору заключенных на работу в другие лагеря, каратели уговорили заключенных подписать эти протоколы. Все 84 заключенных были расстреляны. В Ле­нинграде в августе — ноябре 1937 года по одному делу арес­товали 53 человека, в том числе 51 глухонемого, обвинив их в подготовке террористических актов против Жданова, Мо­лотова и Сталина. По решению «тройки» все они были осуж­дены, причем 34 — к расстрелу. В декабре 1937 года охрана лагеря Беломорско-Балтийского комбината под видом устра­нения недочетов в конвоировании заключенных составила акты на тех из них, кто был официально расконвоирован. Их обвинили в побегах, сфальсифицировали соответствующие акты и расстреляли.