— Я продал машину, заложил свою долю квартиры. Была подружка, но она, узнав о моих долгах, сразу же пропала. Обычно я был должен несколько десятков или сот тысяч, но всегда выплачивал, поэтому в один прекрасный день, когда мой лимит достиг трех миллионов, я понял, что эту ношу мне уже не вынести.

— И Петр предложил тебе сделку?

— Он как раз нуждался в сильных ребятах для охраны — его дело могли начать давить с любой стороны и он предложил мне хорошие условия. Я работаю на него уже три года, за это время получил должность начальника охраны.

— То есть, весь клуб Дельфин был отстроен за три года? — я не мог поверить своим ушам.

— Да. Здесь требовалась оперативность и даже агрессивность, чтобы опередить всех конкурентов. Ты видишь в этом месте еще клубы или казино?

— Эм, да я тут всего два дня.

Максим громко фыркнул, а потом расхохотался на всю машину.

— Всего два дня и уже так влип. У тебя просто талант по притягиванию неприятностей.

— Не спорю, — сухо улыбнулся я. Никогда не любил, чтобы надо мной потешались, но здесь пришлось стерпеть. Максим мог оказаться интересным источником информации.

— Кстати, мы приехали, — произнес он и я увидел за окном автомобиля знакомые силуэта фонарей на парковке возле причала.

— Что ж, спасибо, что не убил, — произнес я и протянул ему руку. — Я бы не отказался поработать вместе с тобой.

— Взаимно — обернулся Максим и крепко стиснул мне ладонь. — Надеюсь, мне не придется открывать тебе дверь?

— Я выйду сам, не беспокойся, — я уже двинулся потянуть за рычаг, но решил задать последний вопрос: — Кем ты работал до Камышина?

— Скажем так, вел сыскную деятельность, — подмигнул он.

Я выскользнул из машины и пошел к своей яхте, переваривая полученную информацию. Вдалеке уже светлело небо. Это означало, что отоспаться мне предстоит исключительно днем.

Глава 7

Самый счастливый на свете

Лениво потянувшись на тесной кровати, я попытался нащупать телефон. Найти его было непросто. Спросонья, с тяжелой, ноющей головой, сделать это совсем нелегко. Да и спалось мне не сказать что приятно — сдавленные весом тела руки, прижатые у груди, затекли и через несколько секунд тысячи иголочек побежали под кожей так остро, что хотелось взвыть.

Я заставил себя повернуться и потряс ладонями, чтобы быстрее согнать неприятное ощущение. Потом разлепил глаза с огромным трудом, словно веки были чужими. Сразу же вспомнился перцовый баллончик в лицо. Вот уж неприятность. Затем на ум пришел Петр Камышин и его громила Максим. Это, пожалуй, будет неприятность почище.

И как вообще понимать его фразу про долг? Я что, буду вкалывать на него, как Макс, просто так, отрабатывая неизвестную мне цифру? Собака смотрела на меня крайне осуждающе.

— Прости, что оставил тебя на лодке. Но так было лучше, — простонал я, схватившись за голову. — Как оказалось.

Я потянулся почесать Лайму за ухом, но резкая боль вдруг проявилась под ребрами и, четко пульсируя, медленно ушла, когда я выпрямился. Очень гостеприимно меня вчера встретили. Надо бы переговорить с Арамом. Друг, как никак. Может, что-нибудь посоветует.

Спрятав на пару секунд лицо в ладони, я провел пятерней вверх и взъерошил волосы. Где же телефон? Рядом валялись брюки и к собственному удовольствию я нашел в одном из карманов целый и невредимый смарт. Единственное, что меня беспокоило — полное отсутствие воспоминаний о том, как я раздевался. И это еще после легких коктейлей Егора! Или все-таки стресс подрезал кое-какие воспоминания?

На дисплее подсветилось время: немного восьмого. Я тупо всматривался в цифры и когда последняя сменилась, меня осенило — ведь я обещал Оксане встретиться с ней. Я вскочил и снова поморщился от боли. Вот же невезуха… По другую сторону кровати нашел рубашку. Почти не мятая и не воняет. Сойдет. А вот брюки пришлось наскоро отмывать, надеясь, что они не пойдут пятнами.

— Ты снова сидишь взаперти. Извини.

Лайма в ответ только прижала уши. Обиделась. Ну вот этого еще мне не хватало! Быстро нырнув под душ, я почти что моментально вытерся и натянув на себя вчерашний наряд, пулей выскочил с лодки, не забыв при этом запереть ее.

Поскрипывая кедами по причалу, я думал, как же я умудрился в первый же день устроит себе такой «праздник». Влезть в неприятности несложно, но напакостить влиятельному человеку — это надо иметь талант. И откуда он только у меня взялся? Наверняка это все жена. Марина или, как она теперь себя именует, Полина. Да вообще неважно, как она себя называет!

Я практически бегом миновал стоянку, на этот раз опасливо озираясь по сторонам. Второй раз получить из баллончика в лицо мне совсем не хотелось. Среди гуляющих вполне мог кто-нибудь прятаться. Но, поймав себя на параноидальных мыслях, я успокоился. Дважды такого не происходит. Просто не может произойти.

Добравшись до скамейки, на которой мы встретились с девушкой, я принялся судорожно вспоминать, а были ли какие-то еще намеки на место или время помимо фразы «после семи». Русалка с прелестями в чешуе все еще сидела на своем месте и я, задумавшись, уставился на точеную фигуру.