Уходящая ночь останется в памяти людей как особо жестокая и кровавая. Обыватели обязательно придумают ей какое-нибудь ёмкое и очень точное название. Например «Ночь бронзовый клинков», «Синий рассвет», ну или что-нибудь в этом роде. В конвертах с цифрой 1 Нарт приказал центурионам штурмовых групп сразу же после взятия дома казнить высшего сановника и всю его семью. Поимённые приказы распространялись на женщин и детей, которым не повезло достичь двенадцатилетнего возраста. Но и у тех отпрысков, которые не успели отпраздновать роковой день рождения, судьба не намного лучше.

Витус Умелец в «Сахеме» настоятельно рекомендует вырезать семью опасного благородного подчистую, в том числе и всех его детей. И всё для того, чтобы в будущем не появились отчаянные мстители за убитых родителей, потенциально очень опасные заговорщики и бунтовщики. Но! Чтобы не пачкать руки в крови совсем уж юных отпрысков, витус Умелец советуют продать их в рабством. Причём мальчиков предварительно оскопить.

В мире мужчин, в мире победившего патриархата, женщина не может быть предводителем, за которой пойдут недовольные властью Сахема. И тем более ни один уважающий себя мужик не встанет под знамёна оскоплённого в раннем детстве евнуха: безусого, безбородого, даже без благородной лысины, с непропорционально длинными руками и ногами, с высоким почти женским голосом. Но даже для весьма и весьма призрачной мести у проданных в рабство практически нет шансов вернуться домой с очень далёкого Миренаара.

Без особой нужды злить подданных не нужно. Всех убитых этой ночью Нарт приказал свести к Погребальному храму и как можно быстрей предать огню.

Конечно, было бы очень здорово устроить над витусом Юкожем показательный суд и казнить не на скорую руку за углом Дома казны, а на площади Трёх домов на высоком помосте, чтобы городской палач, голый по пояс детина в чёрном колпаке, снёс бы витусу Юкожу голову под восторженное улюлюканье толпы. Но нельзя.

Только отсутствие специального закона в Уложении Великого Сахема не позволяет назвать самого Нарта преступником. Ну не написал витус Умелец что делать, если его не будет. По этой причине у Нарта хватило смелости назначить самого себя Легатом Легиона Преторианцев, а в недалеком будущем хватит смелости взять в свои руки совиный скипетр и объявить самого себя Великим Сахемом.

К счастью, и без витуса Юкожа и утуса Пигса найдётся кого публично придать смерти. Из тех, кто засел в Доме оружия, с десяток офицеров никогда не вернётся домой. Пусть они не настолько большие шишки, чтобы умереть как витус Юкож, но отпускать их на свободу ни в коем случае нельзя. Сгинет в безвестности ещё не мало писцов, бывших первых помощников казнённых без суда и следствия сановников. Только мелкая безвредная сошка получит сомнительное удовольствие дождаться справедливого суда и публично умереть под топором палача. Такова жизнь.

«Власть – самый дорогой, самый притягательный, самый обворожительный напиток. Но солёный привкус у него, вкус крови» – пришли в голову слова придворного летописца.

Кожаную сумочку на ремне оттягивают пять золотых значков и пять золотых печать-перстней – пять символов власти. До полного комплекта, до полной победы, не хватает ещё одного. Светает. У служанки Утании Урен было достаточно времени уговорить витуса Туманха спасти своих детей. Но, сперва, появилась отличная мысль, как помочь Коменданту принять правильное решение. Бумага, чернила и прочие принадлежности для письма хранятся в одной из седельных сумок. Походная канцелярия, возможность в полевых условиях написать приказ, лишней никогда не бывает. Да! Обязательно нужно послать за утусом Равером, пока ещё комендантом Восточного форта.

Глава 22. «Совиный скипетр»

В сопровождении всего десяти телохранителей Нарт подъехал к Центральным воротам Утёса. Утус Равер, верхом на великолепной рыжем скакуне, уже ждёт недалеко от ворот. Сопровождают коменданта пять преторианцев в полном боевом облачении.

– Доброе утро, Коссан, – Нарт, натянув поводья, остановился возле коменданта Восточного форта.

– Доброе утро, витус, – утус Равер слегка поклонился. – Разрешите узнать, как ваши успехи?

Вместо ответа Нарт одёрнул с левого бока красную накидку и выразительно похлопал по увесистой сумочке на широком ремне.

– Все пять? С перстнями? – утус Равер с неприкрытым интересом уставился на сумочку.

– Все пять, с перстнями, – кивнул Нарт. – Семья витуса Туманха у вас?

– Так точно, витус, в полном составе.

– Как видите, уважаемый, я выполнил все свои обещания, – Нарт улыбнулся. – Теперь дело за вами.

– Хорошо, витус, – хлопая коня по шее, произнёс утус Равер. – Я поговорю с витусом Туманхом. Надеюсь, меня пропустят.

Нарт протянул коменданту Восточного форта скатанный в трубочку листок бумаги.

– Возьмите и покажите ему это.