Бросившись навстречу противнику, боевой маг врубился в толпу инсектоидов как разогнавшийся автомобиль в пешеходную демонстрацию. Обычных вражеских пехотинцев он расшвыривал чуть ли не пинками, без особого труда блокируя удары дубин или просто уклоняясь от них, и даже элитные бойцы с защитными узорами на теле мало чего могли противопоставить Олегу, что перевел работу своего организма в режим форсажа, двигался со скоростью за которой глазом уследить было сложно, бил чуть ли не сильнее оборотня, помогал себе телекинезом и не особо структурированными выплесками пламени, а также с каждой секундой рукопашной чувствовал себя только лучше и лучше. Топоры-вампиры исправно похищали как жизненную, так и магическую энергию, позволяя не волноваться за трещащие от натуги мышцы, а также синяки и мелкие царапины, появляющиеся от пропущенных тычков или скользящих ударов. Пусть броня чародея являлась далеко не шедевром, однако она все-таки на голову превосходила обычный металлический ширпотреб и могла его защитить от острых костей или камней, которыми инсектоиды утыкивали свои дубины. Особенно когда противники вынуждены бороться не только с одним единственным человеком, прорезающим их строй как нож масло, но и со многими из тех, кого тот убил. А когда Олег чувствовал особо серьезную опасность или видел хоть краем глаза покрытый узорами хитин, то просто взлетал на несколько секунд, чтобы рухнуть на кого-нибудь уже в совсем другом месте. Несмотря на наличие данных природой крыльев в мастерстве передвижения по воздуху инсектоиды как-то проигрывали чародею, озаботившемуся соответствующими артефактами. Мелкие особи вообще не могли сами от земли оторваться и в лучшем случае планировали, спрыгнув откуда-нибудь, а крупным хоть и хватало сил на преодолении гравитации, но требовалась предполетная подготовка в четыре-пять секунд.

Когда мир содрогнулся весь и целиком, то Олег подумал, что по нему опять лупят артиллерией. Возможно союзной, все-таки одного единственного человека в плотной толпе инсектоидов поди еще разгляди. Вот только реальность оказалась куда более неприятной и пугающей. В очередной раз взлетевший на несколько метров чародей обнаружил, что в небе над Санкт-Петербургом открылся воистину невероятных размеров портал, имеющий десятки километров в диаметре. Колоссальная дыра в ткани реальности истекала невероятным количеством темно-сизой хмари, являвшейся то ли атмосферой иного измерения, то ли каким-то специально наведенным эффектом, вроде облака защитного дыма. А помимо него оттуда неспешно и величественно лезло…Нечто. Размеры и облик существа чародей толком определить не мог, поскольку контуры его были скрыты цветным маревом, однако данная щелка в самом мироздании существу была маловата. Но и видимые его части, а именно пара длинных многосуставчатых конечностей, очень даже внушали, превосходя по размерам американские небоскребы. А уж какой силой от них шибало… В голове волшебника моментально вспыли воспоминания об увиденном как-то издалека архидемоне. И Хозяине Байкала, что намял бока одному из повелителей нижних планов, несмотря на то, что священники стыдливо именовали сию сущность всего лишь великим духом, категорически отрицая божественный статус владыки самого большого хранилища пресной воды на всей планете.

Колокольный звон, который давно уже плыл над городом и воспринимался скорее как фоновый шум, вдруг усилился неимоверно, и все вокруг затопил Свет. Олег оглох и ослеп, да вдобавок плывя в воздухе, он полностью потерял ориентацию в пространстве, начав сомневаться, где тут верх, а где низ, однако своими сверхъестетсвенными чувствами волшебник ощутил, как мимо него на неимоверной скорости проносятся сгустки чего-то еще более яркого и ослепительного. Вероятно, так мог бы ощущать подрыв светошумовых гранат тот, кто уже напрочь лишился слуха, часами находясь рядом с динамиками на рок-концерте, да вдобавок сделал свое зрение бесполезным, пялясь прямо на прожектор. А потом все внезапно кончилось. Исчез и Свет, и колокольный звон, и чуждое миру божество в небе, и армия инсектоидов на земле. Только истоптанный снег, следы боя и мелкий серый прах, обильно устилающий улицу, свидетельствовали о том, что здесь всего секунд пять назад находилось целое вражеское войско. Да еще стремительно съеживающаяся дыра в небе, еще не исчезнувшая исключительно из-за своего громадного размера. Никакой сизой хмари в ней больше не имелось, и через дыру в ткани реальности открывался прекрасный вид не то на многокилометровой высоты термитники, не то на изъеденные множеством ходов горы. И сейчас они горели и рушились, проваливаясь в исполинских размеров пылающую каверну, что все разрасталась и разрасталась…

Эпилог