Читаем Ячея полностью

Ячея

Происходившее давно зловонной воли взволенье уже в умах погребено. А мы, сквозное поколенье, дым, чье чистилище труба, во лжи блуждаем, где доныне стоит крестьянская изба. Не на земле – на красной льдине. На серебристом сквозняке, забыв былое золоченье. По Окияну, по Реке куда несет её теченье? Из достопамятных времен, от созерцательности ленной в гул дерзновенных шестерен в ночи мерцающей Вселенной.

Я просыпаюсь в той избе, ладонью глажу половицу. Я напищу письмо тебе в самозабвенную столицу. О дурачках, о горюнах – кто избу опростоволосил. Изба – Россия – на волнах, без крыл, без паруса, без весел. Плывет с березой на трубе, в печи цветет земля сырая.

Я нахожу вину в тебе. В себе. В громах родного края.

Среда обитания

В.Г.

В похолодавшую долинулегла неласковая мгла.Но не пытать на вязкость глинуони сойдутся у стола.Забултыхаются до раниодутловатые сердца.У философствующей пьяниесть шанс перекричать Творца.Ведь Он молчит, и нет угрозы.Я смутно подавлю зевок.Прольются покаянно слезы,напоминающие воск.Прольется горькая отрава,но суесловить – не творить.Покуда левая оравамешает правой говорить,и всякий горд разбитой рожей.И вновь бесстрастно ночь следиткак дерзкий ветер бездорожийиную волю холодит.

«Друг Володя, едва ли…»

В.Б.

Друг Володя, едва лисмысл исканий в борьбе.Умных у умным послали,а меня, брат. к тебе.Нас никто не торопит,посидим, помолчим.Наш окраинный опытдля неярких лучин.Но и в отзвуках битвы,во хмелю и в поту,мы не помним обидыза свою темноту.И не жаждем отмщеньяза безмолвные дни.Мы лишь гул возвращеньяубиенной родни.

«Пурга звенит, как саранча…»

Памяти мамы

Пурга звенит, как саранча,через луга перелетает.Горит фамильная свеча.Свеча горит, но воск не тает.И. занавешивая тьму,звенят связующие цепи.И жутко, мама, одномув пустом дому – в фамильном склепе.И горько думать по ночам,что никогда на свет не выйдетподслеповатая печаль.что дальше осени не видит.

Время

Прольется сумракв грифельный рисунок,надломит ангел белое крыло.От сосунков у пламенных форсуноквосходит в мир тлетворное тепло.И человечек маленького ростабежит на свет, не удаляясь прочь.Зевает Сфинкс у каменного моста.И женщина – одна – выходит в ночь.И точит времячервь-первопроходец,в тележный скрип поверженную ось.Гневится Марс.Бадья летит в колодеци прошивает облако насквозь.