Читаем Я – Сыр полностью

   «Проанализировав все это, - сказал его отец. - Становится ясно, что у нас действительно не было выбора. Грей отсек нам все возможности и альтернативы. Он помог реидентифицироваться. Отдел, в котором он работал, спасал от проблем, внезапно обрушивающихся на людей, дающих показания против организованной преступности. В начале это были те, кто сам имел непосредственное отношение к криминалу – члены организаций и синдикатов, мечущиеся между разными интересами, но решившие порвать связь с преступным миром. Выступая перед судом, они просили защиты. Многим из них был нужен телохранитель, и ничего больше. Некоторых после суда отправляли в тюрьму, тем самым, делая их недосягаемыми для криминальных структур. В некоторых случаях, для свидетелей, непопадающих под действие закона, создавались новые имена, новые личные данные. Они начинали новую жизнь на новом месте под новыми именами».

   Адам с отцом брели по школьному двору, где три мальчика и четыре девочки играли в классики, их крики и невинный смех перемешивались со свежестью полуденного воздуха. Адам внезапно почувствовал себя отчужденным.

   «Грей объяснил ситуацию, - продолжал отец, ничего не опасаясь со стороны детей или солнца, сияющего с небес, но его глаза бегали по сторонам. - Моя жизнь, как я понял, была кончена. Меня будет ждать бомба, пуля или что-нибудь еще, чтобы как-нибудь один раз поставить точку над моей жизнью. Он с самого начала был моей сторожевой собакой. Он и один его человек подняли на ноги управление полиции, когда в мою машину была заложена бомба. Один из людей Грея стрелял в убийцу, того, что был одет в полицейскую форму и сидел на выходе из редакции газеты. Грей говорил, что рано или поздно убийство произойдет. У меня не было шансов уцелеть. Как минимум меня ожидала месть, или же расправа надо мной должна была стать уроком тому, кто пожелал бы стать свидетелем. Ведь они не могли знать, как много на самом деле я успел изучить в процессе расследования, и сколько еще я мог бы рассказать властям. Или же, как много я знал всего, что может стать очередным доказательством, если когда-либо раскроется еще хоть что-то содеянное ими».

   Отец пинал камни и смотрел, как они падают в водосток. «Я не герой, и вроде бы сильно не сопротивлялся, но все пытался доказать Грею, что могу использовать свои шансы, что мы все-таки в свободной стране – в стране законов, гражданин которой не должен прятаться для собственной защиты. Но Грей привел свой решающий довод. Он сказал, что бомба в машине могла быть предназначена не только одному мне, она могла взорваться, когда в машине со мной оказался бы кто-нибудь еще. Много возможных вариантов: например, вся наша семья. Он сказал, что на тебя с матерью не распространялась та защита, которая была у меня. Как можно дольше я продолжал быть Энтони Делмонтом, резидентом города Блаунт, штат Нью-Йорк. Я припоминаю подспудное ощущение того, что было нечто порочное в нашей системе вообще. Позже я вернулся домой после разговора с Греем в офисе редакции и узнал, что мать приняла телефонный звонок. Простой и короткий звонок, в котором кто-то спокойно проинформировал ее, что на следующей неделе в Церкви Святого Джозефа состоятся похороны, будут хоронить двоих – ее мужа и ее сына. Она останется одна на всю жизнь – это будет ее наказание…»

   Солнце не так чтобы ослепительно ярко светило, оно было просто замечательным для шумных детских игр.

   «В ту ночь, я позвонил Грею, пользуясь специальным номером, который он мне дал».

Т:            И так, ваша семья ушла под прикрытие службы реидентификации.

А:            Да. Но в разные дни это выглядело по-разному. Отец говорил, что они были любителями разного рода фокусов. Сегодня, есть программа реабилитации официальных свидетелей. Официальными именами теперь занимается Конгресс. Все проходит гладко, спокойно и прямо. Целые семьи перемещены, обеспечены не только новыми личными данными, но полной семейной биографией, со всеми документами и всей официальной регистрацией. Их безопасность всегда обеспечена. Но в те дни программа была новой. Мы были одними из первых, на кого она распространилась. Этого было более чем достаточно. Отец говорил, что гонорара, полученного за всю поднятую им информацию, хватило бы, чтобы финансировать все мое образование в колледже, но для этого нужно было пройти многое. Грей и его люди импровизировали и обязательно могли что-нибудь начудить.

Т:           Что они могли, как ты говоришь, «начудить»?

А:           Вот, пожалуйста, свидетельства о рождении, например. Когда мистер Грей принес новые свидетельства, мой День Рождения был изменен с 14 февраля на 14 июля. Отец говорил, что мистер Грей был в ярости. Он хотел нам дать наши оригинальные даты рождения – так безотказней, меньше случайных оговорок и ошибок в датах рождения при даче каких-либо показаний в будущем. Мать также была расстроена – он сказал, что мать просто не смогла бы принять хоть какие-нибудь перемены в дате рождения ее сына. Так мистер Грей оформил другое свидетельство о рождении.