Я, Следователь, рассмотрев материалы уголовного дела № 4212, установил:

1. 22 августа с/г неизвестный преступник похитил в гор. Тбилиси автомашину «Волга», принадлежащую гр. Рабаеву (номер ГХ 34–52), которую 26 августа продал в Ленинграде гр-ну Косову.

2. В ночь с 3-го на 4-е сентября с/г в районе поселка Солнечный Гай Крымской области неизвестным преступником был убит гр-н Корецкий Е. К.

С места убийства преступник угнал автомашину Корецкого и 6 сентября продал эту машину жителю г. Тбилиси Кохиани.

3. 18 сентября с/г в гор. Риге неизвестный преступник угнал автомашину «Волга», принадлежащую гр-ну Дулицкому, и в тот же день, используя машину, совершил разбойное нападение на инкассатора, тяжело ранив его при этом и убив из пистолета охранника.

4. 29 сентября с/г в гор. Львове неизвестным преступником угнана автомашина «Волга» номер ЛВА 09–74, принадлежавшая горавтотресту.

С учетом показаний свидетелей и других материалов следствия (сходство примет преступника, характер способов совершения преступлений, тождественность боеприпасов) — имеются основания полагать, что вышеуказанные преступления совершены одним и тем же лицом.

В силу изложенного и руководствуясь Законом, постановил:

Уголовные дела о всех перечисленных в настоящем Постановлении преступлениях соединить с уголовным делом № 4212, возбужденным по факту убийства гр. Корецкого Е. К.

Лист дела 83

Совещание закончилось в четыре часа утра — отрабатывали план операции. Начальник уголовного розыска сказал мне:

— Я бы на вашем месте все-таки не рвался туда. Черт его знает, как там получится! Наши ребята его и сами возьмут.

Я усмехнулся:

— А я и не слишком рвусь. Но я его раньше всех узнаю.

— Ну, до завтра. Вернее, до сегодня…

Он довез меня на машине до гостиницы. Я поднялся в свой номер, не раздеваясь, прилег на диван и мгновенно уснул. И почти сразу же приснился странный сон. А может быть, мне показалось, что сразу.

…Я сложил руки лодочкой, и в них плещется какая-то густая жидкость, просачиваясь между пальцами. Рассматриваю эту жидкость и не могу понять, что это такое. И ужасно жалко мне видеть, как она стекает по рукам, капает на пол и сразу исчезает. Только когда ее осталось совсем мало, понял — в моих руках плещется время, когда упадет последняя капля — я умру.

Я закричал, рванулся и тогда сообразил — это сон. Посмотрел на ладони — они были мокрые. Провел ими по лицу и почувствовал, что щеки тоже мокрые. Наверное, впервые в жизни я плакал во сне.

…А телефонные провода и радиоволны милицейской связи несли дежурным спокойно-деловитые строчки циркуляра:

«Всем… всем… всем…»