Читаем Я, робот полностью

— Был реализован грандиозный проект по восстановлению природы, сэр, — ответил Арчи. — Повсюду, где только возможно, устроены заповедники дикой природы. При помощи изощренной генетической коррекции удалось вернуть в леса и джунгли даже те виды, которые почти исчезли или остались только в зоопарках. О загрязнении окружающей среды люди успели забыть. Мир 2230 года стал спокойным и прекрасным.

— Ты уверен? — спросил темпоралист.

— На земле нет мест, хранящих секреты. Мне показали все, что я просил.

Тогда с неожиданной суровостью заговорил другой темпоралист:

— Арчи, послушай меня. Может быть, ты видел разрушенную планету, но не говоришь нам об этом, опасаясь, что мы впадем в отчаяние и покончим жизнь самоубийством. Стараясь не причинить нам вреда, ты лжешь нам. Этого не должно быть, Арчи. Ты обязан сказать нам правду.

— Я говорю правду, сэр, — спокойно отвечал Арчи. — Если бы я солгал, вне зависимости от мотивов, то мои позитронные потенциалы изменили бы свое строение. А это легко проверить.

— Тут он совершенно прав, — пробормотал темпоралист.

Его немедленно подвергли проверке. До получения окончательного результата Арчи запретили говорить. Я с интересом наблюдал за тем, как темпоралисты сверяли показания приборов, которые затем анализировались компьютером. Наконец проверка завершилась. Вне всякого сомнения, Арчи был в полном порядке. Он не мог лгать.

Тогда ему задали следующий вопрос:

— Расскажи о городах.

— У них не осталось городов в нашем понимании, сэр. В 2230 году жизнь перестала быть централизованной — у них нет таких больших скоплений людей, как в наше время. С другой стороны, существует разветвленная система связи, и все человечество можно считать одним огромным поселением.

— А космос? Возобновилось ли исследование космоса?

— Луна довольно широко используется, сэр, — ответил Арчи. — Она стала обитаемым миром. На орбитах вокруг Земли и Марса построены космические станции, на которых живут люди. Появились человеческие поселения и на кольце астероидов.

— Тебе об этом рассказали? — подозрительно спросил темпоралист.

— Никаких слухов, сэр. Я видел все собственными глазами. Провел на Луне два месяца. В течение месяца жил на орбите Марса, а также побывал на Марсе и Фобосе. Пока люди сомневаются, стоит ли им колонизировать Марс. Существует мнение, что его следует населить низшими формами жизни и предоставить ему развиваться самостоятельно, без вмешательства людей. Вот только кольцо астероидов мне посетить не удалось.

— А почему они так хорошо обращались с тобой, Арчи? Почему так охотно отвечали на твои вопросы? — спросил один из темпоралистов.

— У меня сложилось впечатление, сэр, — сказал Арчи, — что они ждали моего появления. Циркулировали какие-то слухи. Многие в них верили. В общем, мне показалось, меня ждали.

— А они говорили, что ждали твоего появления? Говорили, что существуют записи о твоем предстоящем путешествии в будущее?

— Нет, сэр.

— А ты их спрашивал?

— Да, сэр. Задавать вопросы было не слишком вежливо, но я получил приказ собрать как можно больше информации, поэтому мне пришлось задать такой вопрос. Однако они отказались на него ответить.

— Много было вопросов, на которые они отказывались отвечать? — вмешался другой темпоралист.

— Несколько, сэр.

Один из темпоралистов задумчиво поскреб подбородок и сказал:

— Тогда тут что-то не так. Сколько людей живет на Земле в 2230 году, Арчи? Они тебе сказали?

— Да, сэр. Я спрашивал. В 2230 году на Земле проживает немногим меньше миллиарда людей. И еще 150 миллионов в космосе. Количество людей на Земле остается постоянным. А вот людей, живущих в космосе, становится все больше.

— Ага, — сказал темпоралист, — сейчас на Земле живет почти десять миллиардов человек, причем половина из них в тяжелых условиях. Как людям из 2230 года удалось избавиться от девяти миллиардов?

— Я задал им такой вопрос. Они ответили, что это было печальное время.

— Печальное время?

— Да, сэр.

— В каком смысле?

— Они не сказали, сэр. Просто заявили, что это было печальное время — больше они ничего добавить не могут.

Один из темпоралистов, родившийся в Африке, холодно спросил:

— А каких людей ты видел в 2230 году?

— В каком смысле?

— Меня интересует цвет кожи, форма глаз.

— В 2230 году ничего не изменилось, — ответил Арчи. — Я видел разных людей, с самыми разными оттенками кожи, волос и так далее. Средний рост, как мне показалось, увеличился, хотя я не изучал статистику. Люди выглядят моложе, сильнее и здоровее. Более того, я не видел голода, нищеты и болезней.

— Значит, геноцида не было?

— Нет, сэр, — сказал Арчи. — Мне также не удалось заметить следов войн или репрессий.

— Ну, — сказал один из темпоралистов таким тоном, словно с трудом привыкал к хорошим новостям, — похоже на счастливый конец.

— Счастливый конец, вполне возможно, — покачал головой другой, — но он слишком хорош, чтобы в него поверить. Похоже на возвращение в Эдем. Вот только что им пришлось сделать, чтобы добиться искомого результата? Мне не нравится упоминание о «печальном времени».