Читаем Я - премудрая полностью

— Жива, — выдохнула Василиса. — А ты?

— Заплаточки и смазка — буду как новенький, — проворчал медведь, но его оптические глаза мерцали тускло — признак серьезных повреждений.

Жар-птица молчала — редкий случай. Револьвер, вероятно, перегрелся от интенсивной стрельбы.

Василиса с трудом поднялась на ноги, опираясь на плечо Топтыжки.

— Нужно убраться отсюда до приезда городских служб, — сказала она. — Синаптические Жрецы не любят публичности.

— Согласен, — кивнул Топтыжка. — Садись.

Он опустился на все четыре лапы, позволяя Василисе забраться на спину. Несмотря на собственные повреждения, медведь легко нес её, уходя от места побоища через разрушенные переулки.

— Жар-птица, ты жива? — спросила Василиса, проверяя револьвер.

— Еле-еле... — прошептал голос оружия. — Но, чёрт возьми, это было потрясающе! Когда мы снова так повеселимся?

— Не скоро, если я не залатаю дыры в своём теле, — проворчала Василиса.

— Премудрая, сканирую приближающиеся сигнатуры, — вмешалась Зарница. — Похоже на оперативную группу корпорации "СимбиоТех". Они что-то ищут.

— Сейчас нас меньше всего интересует корпорация, — отрезала Василиса. — Мы сделали свою работу. Демоны уничтожены.

— Но почему они охотились именно на сотрудников "СимбиоТех"? — настаивала Зарница. — И почему они были устойчивы к серебру? Что-то происходит, Премудрая. Что-то большее, чем обычное вторжение из Навь.

Василиса промолчала. Мысли путались от потери крови и болевого шока. Она крепче ухватилась за кибернетическую шерсть Топтыжки, когда они пересекали разрушенную площадь.

Через двадцать минут они достигли окраины Старград-Сити — заброшенной промзоны, где "Синаптические жрецы" обустроили одно из своих убежищ. Старый бетонный бункер советских времен, скрытый под слоями маскировочных полей.

Топтыжка остановился у неприметного входа.

— Прибыли, Премудрая. Тебе нужна помощь, чтобы спуститься?

— Справлюсь, — прохрипела Василиса, соскальзывая с его спины.

Ноги подкосились, но она устояла, опираясь на стену. Кровь, уже подсыхающая, покрывала её лицо коркой, склеивала волосы.

— Иди на техобслуживание, — сказала она медведю. — Мы с тобой оба на последнем издыхании.

Топтыжка фыркнул, выпуская из ноздрей струйки пара.

— Увидимся на брифинге, если выживем, — ухмыльнулся он и похромал к техническому входу для крупногабаритных агентов.

Василиса не стала входить в бункер. Вместо этого она медленно опустилась на землю, прислонившись спиной к бетонной стене. Адреналин схлынул, оставляя только усталость и боль.

— Зарница, отключи медицинские импланты, — попросила она. — Хочу почувствовать всё как есть.

— Это нерационально, Премудрая, — возразила Зарница. — Твои показатели...

— Просто сделай это, — тихо сказала Василиса.

Боль вернулась волной, но странно отрезвляющей. Она запрокинула голову, глядя на ночное небо Старград-Сити. Сквозь смог и городские огни пробивались звезды и полная луна.

— Знаешь, — прошептала Василиса, обращаясь то ли к Зарнице, то ли к самой себе, — после всего этого хаоса звёзды кажутся такими... упорядоченными. Красивыми.

Она вытерла кровь с губ тыльной стороной ладони.

— Хорошо бы сейчас принять горячий душ, — пробормотала она. — И съесть что-нибудь. Борща бы... С чесночными пампушками.

— Твоя температура падает, Премудрая, — встревоженно сказала Зарница. — Тебе нужно внутрь, на регенерацию.

— Ещё минутку, — Василиса улыбнулась разбитыми губами. — Давно не видела таких звёзд.

Она лежала на холодном бетоне, залитом собственной кровью, и смотрела в небо. Металлические крылья, сломанные и погнутые, безжизненно раскинулись по сторонам.