Читаем Я пишу - лучше всех полностью

Что на это можно сказать? Въевшийся в нас за семь десятилетий дух атеизма дает себя знать не только в отношении Православия, но в отношении всей русской культуры и, неся в себе унаследованную от предков генетическую веру в Бога, мы живем, фактически не зная Его, как неся в себе любовь к Пушкину, живем, не читая его. Но в то же время, являясь народом, уже тысячу лет живущим по принципам православной морали и с самого раннего детства окруженным пушкинскими сказками, мы хоть и живем, нарушая все христианские заповеди, всё же испытываем необъяснимый трепет при звуках церковного благовеста, и, хоть и не перечитываем на ночь стихов Пушкина, чувствуем, как учащается стук сердца при одном только упоминании его имени. И если мы и не можем заявить, что с Пушкиным нам всем на этом свете живется ЛЕГЧЕ, то можем с уверенностью сказать, что без него нам было бы намного ТЯЖЕЛЕЕ.

* * *

Вот и очередной наш приезд в Пушкиногорье подтвердил, что всенародная любовь к Пушкину остается на неизменно высоком уровне. Разумеется, что из-за постоянно растущих цен на билеты и прочие услуги, паломников в Пушкинские места стало сегодня намного меньше, чем было в былые годы, но они есть - зал областного театра был заполнен до отказа, и никто до конца выступления не ушел, да и на поляне сидело хоть и не несколько тысяч, а человек пятьсот, но это были настоящие ценители поэзии.

А надо сказать, что в этом году гостями Михайловского были представители исключительно нашего СП - не было регулярно наезжавших сюда на предыдущие праздники (и соперничавших с нами за право их ведения) Риммы Казаковой, Юрия Кублановского и других представителей "демократического" стана. От нас же были Владимир Костров (с Галиной Степановной), Олег Шестинский, Людмила Щипахина, Александр Бобров, Геннадий Фролов, Гарий Немченко, Вячеслав Орлов (которого чуть ли не в последнюю минуту удалось вставить в делегацию вместо не поехавшего, как я и подозревал, Сергея Есина), Александр Сегень, два поэтических Ивана - Тертычный и Голубничий, Марина Котова, руководитель Союза писателей Беларуси Ольга Михайловна Ипатова да четыре человека из Питера - Володя Шемшученко, Лена Родченкова, Игорь Кравченко и Владислав Шошин. А также болгарский поэт Валентин Качев, докторантка Шанхайского университета иностранных языков (КНР) Ван Лидань, несколько местных авторов, ну и - аз, грешный.

Были в эти дни встречи с читателями в библиотеках, выступления, интервью. Было много бесед друг с другом, экскурсий, официальных мероприятий. В Пскове мы осмотрели местный кремль с их главным собором, где попали на архиерейскую службу, а потом побывали в Поганкиных палатах, где находится меч князя Довмонта (, правда, его в прошлом году уже видел, поэтому в этот раз смотреть не пошел). А в Пушкинских горах (2 июня) участвовали в открытии отреставрированного имения Ганнибалов.

Самым запоминающимся событием этих трех дней стало выступление Валентина Курбатова на могиле А.С. Пушкина в Святогорском монастыре. Он никого ни в чем не обвинял и ни к чему не призывал, но, как признались позже даже представители власти, после его слов хотелось пойти и постричься в монахи.

Закончилось всё 3 июня торжественным обедом, который после литературного праздника на Пушкинской поляне (у въезда в Михайловское) дал в пушкиногорской гостинице "Дружба" губернатор области Е.Э. Михайлов, и прямо с которого мы отправились автобусом на вокзал.

Не знаю, когда, но, помимо всего выше перечисленного, я успел за эти дни просмотреть ещё и целую кучу подаренных мне здешними авторами поэтических и прозаических книжек, а также прочитать роман Александра Трапезникова "Механический рай", который я специально брал с собой, так как по возвращении должен написать на него рецензию. Роман мне понравился - в нем есть именно то, чего я все время добиваюсь от наших авторов, то есть: увлекательная интрига, формальная свежесть и социально-философская наполненность. В романе много переплетающихся между собой идейно-философских и сюжетных линий, одна из которых обрисовывает такую, казалось бы, будничную историю, как разрушение семьи: потерю друг друга любимыми, отпадение детей от родителей, короче, трагедию её полного развала, а затем - воссоединение в любви. И в этом нелегком пути хочется видеть прогноз развития судьбы России - то, что мы сначала изменим друг другу, поддадимся всяческим дьявольским соблазнам, отвернемся друг от друга, а затем пройдем испытания горем и возвратимся в лоно любви и доверия.

Уже на вокзале в Пскове ко мне подошел прозаик Игорь Смолькин, которого я не так давно рекомендовал по просьбе Валентина Курбатова в члены Союза писателей, и подарил сразу несколько своих, а также составленных им книг, среди которых мне особенно пришелся по сердцу сборник "Год души", представляющий собой замечательный православный календарь на 2001 год с чтением на каждый день.