Читаем Я пишу - лучше всех полностью

По итогам работы Конференции шесть человек из шестидесяти были рекомендованы в Союз писателей России - два критика, прозаик и три поэта. При этом у меня создалось впечатление, что поэзия, выигрывавшая ранее у других жанров в силу того, что она оперативнее откликалась на внешние изменения жизни, сегодня начала пробуксовывать, скатилась в какое-то инфантильное сюсюкание, тогда как проза и критика выходят из анабиоза и начинают осмысливать произошедшие с Россией перемены.

* * *

По возвращении сходил в Союз, утвердил на секретариате протокол о принятии в СП участников Конференции, а потом заканчивал формирование делегации для поездки в Псков и Михайловское.

По пути домой увидел в вагоне метро сразу человек пять с книгами Б. Акунина в руках и подумал о том, что мы, может быть, абсолютно не знаем своего собственного народа и вследствие этого работаем на несуществующего в природе, выдуманного нами же самими читателя, который, по нашим представлениям, должен отчаянно жаждать откровений Владимира Крупина или Валентина Распутина о том, как ему жить в ладу с Богом да спасать Россию от тлетворного влияния масскультуры, а он вместо этого расхватывает миллионные тиражи Александры Марининой и того же Акунина, с пристрастием наркомана смотрит зарубежные "мыльные оперы" и доморощенные сериалы про ментов, и ничего ему, кроме этого (разве что ещё куска колбасы в руках) не надо. Тысячелетия прошли со времен древнего Рима, а народ по-прежнему требует "хлеба и зрелищ", а не Слова и Духа. Печально, если это и вправду так...

* * *

В эти же дни вышла газета "Литературная Россия" с наполовину усеченной статьей Вадима Дементьева о моей книге "Нерасшифрованные послания". В результате произведенного сокращения она получила несколько неоправданный, на мой взгляд, перекос в сторону вопроса о евразийстве, о котором я и упоминаю-то в книге лишь мимоходом. Но в целом статья доброжелательная и хорошая, Вадим сумел увидеть в моей работе главное - то, что я хочу показать, что критика - это вовсе не "посредник" между читателем и литературой как таковой, а жанр, интересный и сам по себе, и что она может читаться так же захватывающе, как и художественная литература.

22 мая, вторник; память святого Николая Угодника. Нынешний день является праздником моего небесного покровителя - святителя Николая Мирликийского (в народе этот день зовется - Никола Вешний). По пути на работу зашел в расположенный рядом с Союзом писателей красивейший в Москве храм Николы в Хамовниках - тот самый, где, по преданию, прозвучало отлучение Льва Толстого от Церкви... Как же здесь всегда хорошо, Господи!

Правило веры и образ кротости, воздержания учителя яви тя стаду твоему яже вещей истина; сего ради стяжал еси смирением высокая, нищетою богатая, отче священноначальниче Николае, моли Христа Бога спастися душам нашим!

Немного постоял, помолился. Поставил свечи и пошел в Правление...

* * *

...Вечером прочитал мистический детектив писательницы Светланы Сухомизской "Дьявольский коктейль" - этакий любовно-авантюрный роман "под Булгакова", к сожалению, очень схематичный и, что называется, "шитый белыми нитками". Буквально с первых же страниц по глазам бьет искусственная сконструированность сюжета. Роман начинается с того, что герой прячется в чужой квартире от преследователей и вдруг слышит, как во двор въезжает автомобиль и, выйдя из него, приехавшие начинают между собой громко разговаривать:

"- Как мы его найдем, даже если он здесь?

- Дождемся утра, а там будет видно. Осмотрим все квартиры. Найдем..."

То есть - действие устраивается по принципу сцены, где все разговоры и поступки совершаются с нарочитой демонстративностью, чтобы зрителю было видно, ЧТО происходит. Логики в романе практически нет, есть только авторитарная воля автора, которой и движутся все сюжетные повороты, а поэтому никакие самостоятельные поступки героев здесь просто невозможны. А главное - что посвященный, казалось бы, самой высокой любви роман не только не поднимает читателя над сегодняшней грязью, но словно бы ещё и подтверждает собой её беспрекословное торжество в нашем мире. Ведь что происходит в рассказанной нам Светланой Сухомизской истории? Два оказавшихся среди людей ангела влюбляются в земных женщин, но вместо того, чтобы поднять их своей любовью до уровня небесной чистоты, они сами - ради ласк этих поблядушек! - отрекаются от ангельских чинов и променивают небо на их постели.

И это - при том, что нашей эпохе безлюбья так не хватает книг о настоящей возвышающей любви. Какой же мелкой и убогой становится современная литература...