Читаем Я пишу - лучше всех полностью

...Всю дорогу в метро и дома читал в одном из номеров "Звездной дороги" повесть Олега Синицына "Двадцать пятый час". В ней, как и у Стивена Кинга, тоже действуют инфернальные сущности, но победа над ними одерживается не столько силой оружия, сколько силой духа. Уже самим фактом того, что герой не испугался адских чудищ, угрожающих из преисподней миру живых, и не пошел им в услужение, он снял печать заклятия с ангелов, а уже они своими огненными мечами начали очищать мир от губительной нечисти.

Вот без этого божественного "противовеса" всем лешим, троллям, бесам, ведьмам и прочей мистической заразе, современная фантастика выглядит как самолёт с одним крылом - в ней присутствуют только сам человек и силы зла, тогда как второго "крыла" - сил добра - как правило нет, и человеку приходится во всем уповать только на свои силы. Отсюда и эта заполонившая страницы фантастики заведомо беспобедная борьба с бесами при помощи одних только физических методов - молиться-то ведь героям некому, в их мире не существует Бога!..

Повесть Олега Синицына - одна из немногих, где эта традиция нарушается, и поэтому она воспринимается как обещание того, что в создаваемые писателями миры наконец-то возвращаются полнота и равновесие, благодаря чему, перед их героями открывается перспектива не только вечно бороться со злом, но и делать выбор между ним и силами добра.

14 мая, понедельник; праздник иконы Божией Матери "Нечаянная Радость". После работы пришлось присутствовать на общем собрании участников-учредителей еженедельника "Литературная Россия", где рассматривался вопрос о вхождении Союза писателей России в число учредителей. В связи с нашим конфликтом с газетой, мы вышли из состава учредителей ещё на своем ХI внеочередном съезде, о чем неоднократно и извещали как редакцию "Лит. России", так и юридические органы. Но, как пытался уверить меня сегодня В.В. Еременко, мы везде послали неправильно составленные документы, а потому надо всё написать заново.

Признаться, мне вся эта история не нравится и я предпочел бы в ней не участвовать, так как чувствую, что основная причина конфликта скрыта от меня, как подводная часть айсберга. Да и вообще нам (то есть - Правлению Союза писателей России) надо сегодня не в тяжбы влезать по поводу выпущенных из рук изданий, а ставить на ноги и раскручивать на полную мощность то, что у нас ещё есть у самих - к примеру, газету "Российский писатель". Да думать, как сделать так, чтобы и с ней когда-нибудь не произошло то же самое, что с "ЛитРоссией".

15 мая. День начался с секретариата, на котором я рассказал об итогах встречи в "Литературной России", а потом поговорили о предстоящих планах и текущих делах. Пользуясь случаем, передал через Сегеня в "Наш современник" свою статью о книге Владимира Бондаренко "Дети 1937 года" (М.: Изд-во ИТРК, 2001. - 640 с.). Она, правда, уже была раньше опубликована в газете "Ex libris НГ", но в сильно урезанном виде, с потерей самой главной мысли, а хочется донести её до читателя целиком. Поскольку она весьма невелика по объему, приведу её здесь целиком:

ЗАКОН КОЛОДЦА

(Год 1937-й: обрыв культуры или начало её нового витка?..)

Как показывает опыт, издавна характеризовавшая Россию литературоцентричность (от которой её пока что не избавил даже прагматизм нашего дикого капитализма) проявляет себя не только в том, что российские граждане черпают свою мудрость не из жизни, а из стихов и романов, но и в том, что любая связанная с литературой гипотеза, точно айсберг свою подводную часть, волочит за собой и некую философскую модель бытия, о которую, словно брюхо "Титаника", способны распороться самые устоявшиеся законы жизни. Вот и литературный критик Владимир Бондаренко, написав книгу о писателях 1937-1938 годов рождения, казалось бы, просто сотворил очередной миф, эпатировав читающую публику и своих коллег-критиков возведением этого страшного времени в ранг источника "мощного пассионарного взрыва народной энергии", в результате которого, по его мнению, появились на свет, во-первых, сама советская нация, а во-вторых, "необычное количество талантливых людей", которому "передалась неосуществленная энергия погибших в 1937-м году Николая Клюева, Павла Васильева, Осипа Мандельштама" и других известных писателей начала ХХ века. Однако данная гипотеза тут же влечет за собой необходимость кардинального пересмотра понимания самой природы Истории, потому что из неё вытекает тот вывод, что на "ампутацию" лучшей в интеллектуальном отношении части генофонда нация способна отвечать массовым вбросом будущих талантов, самостоятельно, таким образом, воспроизводя понесенную в результате общественной трагедии утрату. Грубо говоря, народ способен регенерировать свой духовно-культурный уровень, срочно рожая необходимое количество завтрашних поэтов и художников и восстанавливая тем самым свой расстрелянный потенциал, как ящерица восстанавливает отсеченный хвост.