Читаем Я – первый полностью

«Чтобы деньги не мешал брать», – подумал я злобно и снова улыбнулся.

Молодой белобрысый старший лейтенант в чуть ли не до пупка расстегнутой форменной рубашке (а чего им бояться, какая проверка службы в полях…), сидевший за рулем, хмуро глянул на меня и молча поманил к себе пальцем. «Ах ты, сволочь… даже не представляется, сука, лень рот открыть!» – восхитился я нахальством гаишника и торопливо сделал еще пару шагов в его направлении.

– Думали, что никого здесь не будет, вот и решили объехать. – Я развел руками и, как подумалось мне, очаровательно улыбнулся. – Машину вот перегоняем в Ростов, а денег почти что не осталось, думали сэкономить, – предупредил я их возможное любопытство по поводу нашего появления среди неубранной пшеницы и в десяти километрах от трассы. Другой гаишник безразлично глянул на документы в руках напарника и закурил.

– Что везете? – спросил после минутной паузы старший патруля. Он неторопливо просматривал права, техпаспорт, справку купли-продажи и еще какие-то бумажки, которые лежали у нас в бардачке.

По его тону было понятно, что он не поверил мне. Просто так объезжать посты, теряя время и бензин, никто не будет. Глядя на его лицо с пшеничными усиками, я вдруг запоздало сообразил, что в нескончаемом потоке, который идет по трассе, всегда легче затеряться и проскочить места контроля, а при случае и договориться. А теперь гаишник не успокоится, пока не найдет причину, по которой мы решили прокатиться по полю и полюбоваться степной природой.

Повторять шутку со взрывчаткой я не решился. Обстановка не располагала. Могут и не понять.

Я пожал плечами.

– Черкесский воздух в багажнике, командир… – ответил я спокойно. За документы я не волновался. Там все должно быть в порядке.

Так оно и оказалось. Старлей небрежно бросил мои документы на щиток приборов и обернулся к напарнику.

– Гриша, сходи, проверь машину! – приказал он крепкому, плотному рыжеватому сержанту с черными глазами. – Хорошенько проверь, ты понял меня? – добавил он многозначительно и потянулся к сигаретам на сиденье.

– А чего нас проверять-то, а, командир? – испуганно пробормотал я и оглянулся в спину неторопливому Грише, который уже подходил к нашей «тройке» со стороны багажника.

Мне не надо было разыгрывать испуг. «Неужели знает?!!» – вдруг выстрелила в висок ужасная мысль.

«Успокойся, дебил, ничего он не знает! Он не может знать! – прошипел у меня в голове внутренний голос. – А вот почему он так уверен насчет машины, спроси!»

– Не, ну понятно, ребята, у вас служба, – проговорил я, искоса наблюдая, как Артур вылез из машины, открыл багажник и отступил в сторону, а сержант наклонился над кузовом и стал шарить там руками, стараясь не испачкаться. – Но в чем дело-то? Мы ничего не везем, в багажнике запаска и насос… А, ну упаковка нарзана еще там стоит. И все!

– У вас машина груженая, я по осадке вижу. Кузов мотался, когда вы подъезжали – так осевшие амортизаторы не работают. Говори, что везешь, пока мы ее всю не перевернули.

«Профессионал, сука! – мелькнуло у меня в голове. – Опыт имеет, не зря его здесь поставили… Блин, что же делать-то?»

– Спирт везешь? – вдруг спросил гаишник и, глубоко затягиваясь сигаретой, кольнул меня острым взглядом. – Под боковинами багажника запаянные канистры, которые ты по форме кузова подогнал? И бензобак переварил?

Он проговорил это тоном следователя, который точными фактами загоняет преступника в угол, а затем одной-единственной, но решающей уликой ставит его на колени.

Чего он ждал от меня? Скорей всего, чистосердечного признания, после которого следует расплата в прямом смысле этого слова, и ясного понимания того, что спорить с таким специалистом выйдет себе дороже.

«А вот этого мы не учли… – как-то отстраненно подумал я, тупо и угодливо улыбаясь проницательному старшему лейтенанту, – что встретится такой хапуга, который уже навскидку определит, груженая машина или нет, даже если и груза в ней не обнаружено, не сумели мы предвидеть: ни Коля, ни генерал, ни я…»

– Что там, Гриша? – громко окликнул напарника белобрысый и выпустил струю дыма изо рта, которую ветер сразу же отнес в сторону. – Нашел что-нибудь?

– Ничего пока! – донесся глухой голос сержанта, который, уже плюнув на чистоту своей форменной рубашки, лег на задний фартук животом и копался руками в багажнике. – Только бензобак мне не нравится! Что-то там под ним есть, я уверен!

Старший патруля удовлетворенно кивнул, довольно улыбнулся, сжал сигарету зубами, протянул правую руку и из стопки документов, лежащих на щитке приборов, вытащил мои права.

– Ну, что делать будем… э-э… – он всмотрелся, – Сергей Юрьевич? Ты обмануть меня хотел? Ай-я-яй… Плати и вези, и никаких проблем. А ты как маленький. Ну, так что? – повторил он, покачивая моими правами.

Я пожал плечами. Мыслей в голове пока не было никаких.

– Пять штук, – произнес негромко старший лейтенант. – Пять штук, и мы разбежались. Ты меня не видел, а я тебя…

Я подумал, что, скорей всего, надо соглашаться. Это был бы наилучший выход из положения. Пять тысяч рублей у нас имелись. Дороговато, правда, ну да хрен с ними…