Читаем Я обвиняю! полностью

Украинским националистам было хорошо известно об участии Степана Тудора в подготовке конгресса, так обеспокоившего их берлинских хозяев. Бандиты из ОУН знали также, что Степан Тудор по поручению коммунистической партии произнёс на этом конгрессе речь об угнетении украинской культуры при буржуазно-польском господстве. Они знали, что с 19 сентября 1939 года, ещё до провозглашения на западноукраинских землях Советской власти, Степан Тудор был председателем революционного комитета, а затем — членом временного управления Золочева и, наконец, депутатом Украинского Народного собрания, принявшего постановление о воссоединении Западной Украины с Советским Союзом.

Планы экспансии на Восток, в частности планы нападения на Советский Союз, выношенные нацистскими главарями, активно поддерживали руководители греко-католической униатской церкви. В «Календаре миссионера» на 1942 год, изданном в Жовкве, под Львовом, на обложке изображена богоматерь с младенцем. А кончается календарь статьёй «Важнейшие события», в последних строках которой читаем: «Дня 30 июня немецкая армия вошла в княжий город Львов. Мы были свободны и от всего сердца восклицали: «Да здравствует немецкая армия! Да здравствует Гитлер!»»

Даже если бы мы не знали ничего больше из декларации святых отцов, то и этих строк было бы достаточно для того, чтобы навеки заклеймить униатскую церковь, верой и правдой служившую гитлеровскому фашизму.

Степан Тудор отчётливо и ясно представлял себе, что такое греко-католическая церковь, руководимая Ватиканом, и каковы её политические цели на западноукраинских землях. Зная многие тайны этой церкви, зная стяжательский, хищнический быт её священнослужителей из ордена василиан[1], Степан Тудор считал своей прямой обязанностью гражданина и писателя рассказать правду народу о том, что он знал.

Ещё в 1928 году в сборнике «3 литературного життя на Радянській Україні», изданном во Львове, Степан Тудор-Олексюк опубликовал свой рассказ «Куна» — рассказ, действие которого, как следует из подзаголовка, «происходит на путях революции». Спасаясь от мести революционного крестьянства, батюшка Тихон прячется на колокольне. Другой же его коллега — «известный на весь уезд богатей отец Христич» поднял своё сытое, кулацкое село Скиданивкана коммуну. «Землемеров со степи прогнали, волостного председателя комитета незаможных крестьян на месте затолкли, с водой пустили. Разъезжает о. Христич на белом коне, золотой крест на груди, настоящий крестоносец. Зазвонили колокола в церквах, загудело громкое слово скидановецкого батюшки, призывая против коммуны».

Но этот ранний, забытый сейчас рассказ Степана Тудора был только первой разведкой на подступах к большой теме, которую писатель разрабатывал в своём романе «День отца Сойки». Он затратил много труда, перечитал множество книг и архивных документов, стараясь подойти к решению главной задачи во всеоружии. Работа Степана Тудора не ускользнула от внимания украинских националистов, свивших себе гнездо во Львове.

Когда, выражаясь словами отцов василиан, «дня 30 июня немецкая армия вошла в княжий город Львов», помогать ей стала организованная украинскими националистами полиция. На счету у националистических бандитов, навербованных в состав этой полиции, тысячи истреблённых и выданных немцам мирных жителей Львова. Один из первых патрулей полицейских по заданию своего командования получил наряд разыскать и арестовать Степана Тудора. Полицейские, ворвавшиеся в его квартиру, не знали, что Тудор погиб от немецкой бомбы в первый же день войны. Но приказ начальства они выполняли ревностно и доставили все архивы покойного писателя в комиссариат полиции.

Шеф полиции, которому были сданы архивы, прочитав рукопись романа «День отца Сойки», понял, какую опасность этот роман представляет для руководителей униатской церкви. В полиции часть романа уничтожена вовсе.

После освобождения Львова Советской Армией рукопись в таком виде и была извлечена из архива полиции. Потребовалась большая, очень кропотливая работа литераторов Петра Козланюка и Михаила Марченко, чтобы подготовить её к печати. Действие романа часто прерывается, строки точек и сноски поясняют: «Потеряно приблизительно пять страниц машинописного текста». Но эти отдельные пропуски в романе Тудора не в состоянии нарушить архитектонику повествования и не могут ослабить силу авторского замысла.

Герой романа греко-католический священник Михаил Сойка начинает свой день, как только начинает светать. День этот — один из первых дней декабря 1931 года — Степан Тудор предлагает раскрыть, «словно окно, из которого читатель увидит современную действительность, часть бурного потока, освещённого скупым декабрьским солнцем».