Читаем Я – Менгск полностью

– Я не бегу от проблем, – возразил Арктур.

– Ну конечно, – сказала Юлиана. – Ты завербовался в армию, чтобы убежать от отца. Убежал от меня, как только мы сблизились. А теперь собираешься убежать от своего сына. От своего наследника.

Слова Юлианы были подобны ударам молота, и Арктур понимал, что она права. Вместо того, чтобы преодолевать трудности, которые вставали на жизненном пути, он просто уходил от них, выбирая путь наименьшего сопротивления. Поступит ли он так же и на этот раз?

Арктур стоял на пороге всего, чего когда-либо желал, но что в этом хорошего, если оно имеет под собой зыбкую основу? Может, настало время переосмыслить свою жизнь и задуматься о наследии? В конце концов, отец был всего на несколько лет старше, чем Арктур сейчас, когда ему вручили сына.

– Ну что же, Юлиана, – сказал он наконец. – Хорошо. Я останусь. Я поговорю с… Валерианом. Познакомлюсь с ним поближе. И, как ты и сказала, он будет моим наследником.

Юлиана бросилась к нему на шею.

– Я так счастлива! – воскликнула она, обнимая Арктура. – Я знала, что как только ты увидишь Валериана, ты захочешь стать частью его жизни.

Вновь Арктур оторвал ее от себя, хоть и не так резко, как в прошлый раз.

– Не будем торопить события, – сказал он. – Я сказал, что познакомлюсь с ним поближе. Но я пока не решил, готов ли вот так запросто отказаться от всего, что построил.

– Я не прошу тебя отказываться, – ответила Юлиана, заключив в ладони лицо Арктура и приближая к своему лицу. – Разве ты все еще не понял этого? Ты ничего не должен бросать. Мы просто можем быть вместе. Все мы. У нас будет всё, о чем мы мечтали. Помнишь, много лет назад ты рассказывал о своих грандиозных планах? Они уже осуществляются. Прямо сейчас. Тебе нужно просто захотеть это увидеть.

Арктур улыбнулся.

Может, на него подействовали слова Юлианы, или алкоголь ударил в голову, однако Арктур с удивлением осознал, что подобные мысли больше не ужасают его. В конце концов, они вполне могут стать обычной семьей.

* * *

Арктур проснулся с тяжестью в голове и легкой дезориентацией от непривычного места. За ночь он восстановил силы, мышцы хорошо отдохнули. Сборные жилые модули старателей и теснота космического корабля не способствовали непрерывному сну, и Арктур уже забыл, как же это здорово – провести ночь в мягкой кровати. Он потянулся и завозил головой по подушке, наслаждаясь теплом и утихомиривая боль полугодовой давности в суставах.

Он улыбнулся, а затем блаженное неведение пробуждения сменилось холодными и тяжелыми воспоминаниями о событиях прошедшей ночи, возвратив все на круги своя.

Юлиана.

Валериан.

Его сын…

Легкая истома пробуждения прошла, когда Арктур сел на кровати и огляделся. Обшитая деревом комната обставлена шикарной мебелью, на окне висят тяжелые портьеры. Различная аппаратура идеально гармонирует с интерьером, не бросаясь в глаза. Обстановка комнаты полностью соответствует умоджанскому стилю, и лоскут пыльно-оранжевого неба за окном только подтверждает это.

Арктур свесил ноги с постели. Желание вернуться в уют теплых одеял моментально испарилось, когда он вспомнил, с какой целью его вызывал Айлин Пастер. По крайней мере теперь он понимал причину его холодности при встрече.

Быстро, но без суеты Арктур помылся в ультразвуковом душе, по качеству и дизайну не уступающему брендам Старых Семей, а то и превосходящему их. При этом вся техника отличалась собственным стилем – даже в быту умоджанцы стремились поддерживать самобытность культуры. Прием душа оказался недолгим и, к удивлению, весьма эффективным. Под действием ультразвука застарелая пленка пота и омертвевшая кожа отслоились от тела, открыв под собой новый и чистый слой кожи.

Арктур побрился столь же эффективной соник-бритвой, расчесал волосы. Надел темно-серый костюм и «берцы» по колено высотой. Костюм был почищен и выглажен, обувь отполирована до зеркального блеска. Слуги Айлина Пастера идеально справлялись со своими обязанностями.

– Помирать, так с музыкой, – сказал Арктур вслух и вышел из комнаты. Пройдя немного по отделанному мрамором коридору, мужчина достиг холла, в котором уже побывал прошлой ночью, по приезде. Дверь в гостиную была открыта, и он услышал голоса. Один точно принадлежал Айлину Пастеру. Арктур решил войти в комнату.

Разумеется, дипломат Умоджи сидел в том же кресле, что занимала его дочь накануне. Он беседовал с одним из служащих, который просматривал заметки на персональной консоли.

Пастер (его лицо в своей беспристрастности напоминало непроницаемую маску) взглянул на вошедшего Арктура.

– Доброе утро, Айлин, – сказал Арктур.

– Воистину, – ответил Айлин. – Хорошо спалось?

– Даже не представляете, насколько, – сказал Арктур. – В течение года мне приходилось спать на голых камнях, в походных койках, так что уснуть я могу практически где угодно; но здесь мне определенно было намного удобнее, благодарю вас.

– Голоден?

– Безумно, – сказал Арктур.

Пастер кивнул слуге, и тот с поклоном удалился из комнаты, закрыв за собой дверь.

– А где Юлиана? – спросил Арктур.

– На улице, с Валерианом. Наверняка копаются в саду.