Читаем Я – Малала полностью

Несмотря ни на что, я мечтала снова стать первой ученицей в классе. Больше всего я хотела получить учебники физики и математики, ведь эти предметы давались мне труднее всего, и мне не терпелось начать заниматься.

В ноябре я рассчитывала вернуться домой.

На самом деле родители прилетели не через два дня, как планировали, а через десять, которые показались мне целой вечностью. Я изнывала от скуки и не сводила глаз с часов, висевших на стене в палате. Только движение стрелок убеждало меня в том, что время не замерло и я по-прежнему жива. Я плохо спала и впервые в жизни стала просыпаться рано. Каждое утро я с нетерпением ждала, когда же настанет семь часов и придут медсестры. Медсестры и доктор Фиона играли со мной в электронные игры. Больше всего мне нравилась игра под названием «Connect 4». Доктора Фиону мне редко удавалось победить, но всех остальных я обыгрывала. Медсестры и прочие сотрудники госпиталя сочувствовали мне, ведь я оказалась вдали от родины совершенно одна. Все были очень ко мне добры, в особенности доктор Има Чудхари, всегда веселая и жизнерадостная, и старшая медсестра Джулия Трейси, которая часто сидела около меня и гладила мою руку.

Единственной вещью, прилетевшей со мной из Пакистана, была бежевая шаль, которую полковник Джунаид передал для меня доктору Фионе. Сотрудникам госпиталя пришлось купить мне одежду. Но они понятия не имели о том, что девочки в долине Сват одеваются совсем не так, как английские подростки. Поэтому они сходили в «Некст» и «Бритиш хоум» и принесли мне целую гору всякой всячины – футболок, пижам, носков и даже лифчиков. Има спросила меня, хочу ли я носить традиционный мусульманский наряд, шальвар-камиз. Я кивнула в знак согласия.

– А какой цвет ты больше всего любишь? – поинтересовалась она.

– Розовый, – без колебаний ответила я.

Медсестер и докторов волновало, что я почти ничего не ем. Но мне не нравилась больничная еда, к тому же я подозревала, что она не халяль, то есть не дозволена шариатом. Поэтому я поддерживала свои силы исключительно молочными коктейлями. Как-то раз Джулия угостила меня сырными палочками, которые мне очень понравились. С тех пор она приносила мне их постоянно.

– Что ты любишь из еды? – спрашивали все вокруг.

– Жареных цыплят, – ответила я.

Има узнала, что в районе Смолл Хит есть кафе KFC, где продают халяльных жареных цыплят, и каждый день ездила туда, чтобы покупать мне их и жареную картошку. Однажды она даже приготовила мне карри.

Чтобы я не скучала, в палату принесли DVD-плеер. Одним из первых фильмов, который я посмотрела, стал «Играй, как Бекхэм». Наверное, сотрудники госпиталя решили, что история девочки из провинции Синд, которая бросает вызов традиционным нормам поведения своего народа и начинает играть в футбол, придется мне по душе. Но я пришла в ужас, увидев на экране девочек, бегающих по полю в трусах и майках, и попросила сестру выключить кино. После этого мне приносили только мультики – и современные, и диснеевские. Я посмотрела все фильмы о Шреке и «Подводную братву». В левом глазу по-прежнему все расплывалось, так что я закрывала его, когда смотрела кино, а из левого уха постоянно текла кровь, поэтому приходилось затыкать его ватными тампонами. Однажды я спросила сестру:

– Что это за опухоль у меня здесь выросла? – и положила ее руку себе на живот.

Я чувствовала, что там, под кожей, есть что-то твердое.

– Это кусок твоего черепа, – ответила она.

Я была потрясена.

Вскоре после того, как ко мне вернулась речь, я поднялась с постели и попробовала ходить. Пока я лежала, мне казалось, мои руки и ноги в полном порядке. Только левая рука несколько онемела, ведь пуля застряла в моем левом плече. Я и подумать не могла, что у меня возникнут какие-то проблемы с ходьбой. Но, сделав первые несколько шагов, я так выбилась из сил, словно прошла сотню километров. Доктора убеждали меня, что вскоре я буду бегать, как прежде; физиотерапия поможет вернуть моим мускулам прежнюю подвижность, говорили они.