Читаем Я и Мы полностью

Почти непреодолимое взаимное сковывание… На улице, в переулке, по утрам или вечером можно встретить бегающих людей в спортивных костюмах, молодых или пожилых, в последнее время все чаще. Но обывателей они шокируют. Бегающие это знают, и лица их замкнуты, им приходится преодолевать дополнительное психическое напряжение. Я знаю, правда, одно место, где такой бег по улицам в обычае, — Новосибирский Академгородок.

Мужчина идет с женщиной, она плохо себя чувствует. Центр города. Выход из подземного перехода, лестница. «Дай возьму тебя на руки, ты же легкая». — «Пусти, ты с ума сошел».

Что-либо изменить очень трудно, даже при полном осознании происходящего. Вы пришли на пляж. Вам не жарко и купаться не хочется. Но если вы сидите в полном облачении среди голой массы, чувствуете себя идиотом, что вполне совпадает с мнением окружающих. Приходится раздеться, а то еще, чего доброго, подумают, что вы скрываете какой-нибудь физический недостаток. В самом деле, вон кто-то смотрит и говорит: «Пижон». Удалившись от голой массы, вдруг чувствуете, что вам не по себе, какая-то странная невесомость. Ах, вот в чем дело — вы забыли одеться! Вы перешли черту, никем не проведенную, незримую, но грозно реальную. Здесь уже ходят одетыми. И хотя, быть может, вы еще не успели встретить ни одного одетого человека, здесь уже нет раздетых, этого достаточно. Что ожидает человека, который появится в пляжном костюме в центре Москвы?

Учет ожиданий других людей поддерживает нас в равновесии с миром, неучет чреват серьезными последствиями. Вспоминаю, как-то привезли в буйное отделение больницы имени Кащенко совершенно голого человека. Он был в остром психозе и что-то мычал. Через несколько дней поправился и рассказал, как было дело.

— Иду по улице Горького. Все нормально. Вдруг слышу из-за угла голос: «Вот он, догоняй!» Понял, за мной гонятся. Не знаю кто, но страшно стало, дико, побежал изо всех сил. Слышу, догоняют. Ближе голоса… Тут, кто-то по радио, что ли, мне кричит: «Снимай пиджак! Бросай!» Снимаю, бегу… Ближе… Тот кричит: «Рубашку скидывай… брюки… Бежать легче!» Скинул все, себя не помню, бегу, выбегаю на Тверской, а он кричит: «На другую сторону!» Я на другую, а там толпа меня уже ждет… Он говорит: «Ну все, теперь можешь не бежать».

За ним таки погонялись уже после того, как он сбросил с себя всю одежду; острый алкогольный психоз с бредом преследования на короткое время отключил его от реального поля ожиданий. А ведь в конце концов что тут такого: ну бежал голышом, кому он вредил? А?..

Ожидания других людей ограничивают и направляют наше поведение — в обществе это то, что называют моралью, этикой, нормами, рамками. Точнее, эти нормы лишь главные колеи, «скелеты» ожиданий, а живая их плоть никакими рамками не ухватывается. Очевидно, именно в силу действия этого механизма одни люди кажутся нам слегка эксцентричными, другие — крепко «чокнутыми».

То, что социологи зовут социальной «ролью», для самого человека субъективно, есть некий набор ожиданий со стороны других людей. (Не всегда управляешься с языком: тут надо бы найти какое-то одно короткое слово.) Это понятно: роль учителя есть то, что ожидается от учителя в тех или иных ситуациях. Роль отца — то, что ожидается от отца.

А человек одновременно играет множество ролей. Ребенком он играет роль ребенка, стариком — старика. В какой-то момент роль сына и отца одновременно… Профессиональные и ситуационные роли. На улице — роль пешехода. В поликлинике — роль больного… Наконец всегда и всюду он играет роль человека в той мере, в какой ею проникается.

Ролевые ожидания осознаются далеко не полностью. Часть из них всплывает в сознании только при принятии роли, в ходе исполнения. А часть, видимо, вообще никогда не осознается.

Неосознаваемый пласт ожиданий, как скрытая пленка, проявляется при гипнотическом перевоплощении, когда все оптимизируется и снимаются всякие задержки. И те удивительные ролевые возможности, которые вдруг обнаруживаются у человека в гипнозе, есть, очевидно, то, что он сам неосознаваемо ожидает от других в тех же ролях.

Внедряясь в наше подсознание, межличные ожидания способны иногда против воли внушать определенные типы поведения. То, чего ожидают от человека, он начинает непроизвольно ожидать от себя сам. Именно поэтому мы стремимся общаться с людьми, которые нас одобряют и высоко ставят. Человек достаточно впечатлительный и внушаемый, на которого смотрят как на негодяя, может действительно ощущать себя негодяем. И так поступать… Из роли выйти трудно, это знают не только артисты. Одна бездетная супружеская пара долго играла в собаку и кошку. Кончилось тем, что супруг, игравший пса, стал непроизвольно поднимать ногу у фонарных столбов.

Да, в нашем «ожидательном» влиянии друг на друга много непреодолимого.