Читаем Я был на этой войне полностью

Не было никаких эмоций, за происходящим наблюдал как бы со стороны. Было только жаль, что так мало сделал, что еще молодой, и мог бы сделать больше. Страха перед смертью не было никакого — уже так давно смотрю ей в глаза, что привык. Ну, значит, пришел и мой черед. Но почему тогда не сразу? Без боли, мучений, прилетело и вот так, как этот боец, с которым я лежал под обстрелом на Минутке, я бы лег рядом? Почему? Или еще не время?

Уцелевший боец стрелял из автомата, я подобрал с бруствера свой и тоже присоединился. Думал, что прошло много времени, но, судя по тому, как быстро к нам приближалась помощь, я лежал без сознания не более трех минут. Повязка постоянно пыталась свалиться, я стрелял, правый глаз опять стало заливать кровью. Перекинул автомат с правой руки в левую. Непривычно. Стал стрелять из подствольника. Поначалу смотрел, куда падают гранаты, но это было долго, и каждый разрыв капсюля-детонатора причинял раненой голове нестерпимую боль. И поэтому я стрелял в сторону противника не глядя, механически вставляя гранату и нажимая на спусковой крючок. Заталкиваю следующую. Кто-то положил руку на плечо и попытался вынуть автомат из рук. Я дернулся и, задрав голову (кровь начала заливать и левый глаз), увидел Игоря — комбата.

— Все, Слава, все. Мы отбили их, — с трудом услышал я.

— Давай, садись, мы тебя перебинтуем.

— Игорь.

— Да, Слава.

— Передай Юрке, что она «духовка». Что она лазутчица. Передай обязательно. Обещай.

— Обещаю, Слава, и карту отдам. Разведчики посмотрели. Там нанесена обстановка моего батальона и КП бригады очень подробно. Ты был прав, что она гадина.

— Игорь! Она — «духовка»! — в тот момент я был счастлив, что оказался прав.

Мне хотелось только одного: чтобы — если я помру и не доеду, — передали всем, что они не правы, они отпустили врага. Хотели мне вколоть ампулу с промедолом, я отказался:

— Нет, мужики. У меня с собой есть документы, вот когда я их передам Юре, тогда, пожалуйста, колите хоть цианид, а пока — везите на КП.

— Тебя к медикам надо.

— Это потом. Вначале на КП. Если не доеду, то передайте Юре, что она «духовка», это стало моей идеей фикс.

Меня погрузили на БМП, дали офицера в сопровождение и повезли. Разведчики уехали чуть раньше, до начала атаки, карту взяли с собой. Пока везли, меня пару раз рвало, и от тряски я терял сознание. Добрались на КП. Меня тут же внесли в зал для совещаний.

— Где Рыжов? Рыжова сюда! орал я на все КП. — Передайте ему, если его нет, что она «духовка»!

— Слава, тихо. Мы уже знаем, разведчики передали карту. Не волнуйся.

Я с упорством пьяного идиота все продолжал неистовствовать и кричать, что Хава, которую отпустили, — лазутчица. Сан Саныч не мог смотреть мне в глаза, только подошел и тихо сказал:

— Это, Слава, тебя Бог покарал. Предупреждение.

— Если бы ты, Сан Саныч, не отпустил ее, то и башка была моя цела, а то разжалобился с Юрой…

Пришел Юра. Завидев его с порога, я заорал снова:

— Юра! Я был прав! Она — «духовка»! Она — «духовка»! У разведчиков карта, с нанесенной диспозицией КП бригады, первого и второго батальонов.

— Слава, успокойся. Сейчас поедем к медикам.

— Хорошо, только возьми мой блокнот, там есть кое-что, может пригодиться.

— Давай, и поедем в Петропавловку.

Меня перевязали, обмыли лицо, глаз стал видеть. Юра налил мне полстакана водки и себе немного, выпили, поехали.

На каждой кочке, выбоине меня здорово мотало и начинало мутить. Водка была хорошая, значит из-за головы. Приехали к медикам. Там нас уже ждали. Я сам спустился и вошел в кабинет. Раздели, положили на холодный металлический стол. Надо мной склонился мой приятель Женя Иванов:

— Привет, Слава! Что с тобой?

— Хрен его знает, Женя, мина рванула рядом, одному бойцу снесло полголовы, а меня только зацепило. Женя, ты помнишь наш разговор, когда мы чистили аптечные склады?

— Ничего не помню, — буркнул Женя.

— Помнишь, сукин сын, помнишь. Я не хочу быть инвалидом, тем более — по голове. Если надо будет вскрывать череп, то можешь ничего не делать, чтобы совесть не мучила, просто дай мне шанс. Перед операцией я выйду во двор покурить. Договорились?

— Ни о чем мы с тобой не договорились, сейчас вкачу лошадиную дозу успокоительного, чтобы не дергался.

— Я тебе вкачу. Сделаешь то, что я тебе сказал!

— Да, пошел ты…

— Давай, смотри, позже разберемся, кто куда пойдет. Об одном прошу, если будет возможность не вскрывать череп, то не делай этого без особой нужды. Не любопытствуй, все равно там мозгов не обнаружишь. Кость.