Дожди то прекращались, то вновь лили с новой силой. И вот наступил светлый праздник для каждого, кто носит погоны. День 23 февраля. Первый праздник Армии в Чечне! По этому случаю в Грозный приехал Министр обороны: вызвали командиров частей, сказали, что он привез много ценных подарков и наград. Буталов поехал на трех БМП. Подарков на всю группировку вынесли только лишь в одной коробочке. Штук десять часов «Командирских». И все! Ни наград, ни медалей. Ни-че-го! Только напутственное слово и выражение полной уверенности, что войска и в дальнейшем выполнят любой приказ своего Главнокомандующего. Тьфу, засранцы московские!

Мы это дело компенсировали обильной выпивкой и праздничным салютом. Салют получился ничуть не хуже, чем при взятии Грозного. Нам в очередной раз плюнули в душу, а мы утерлись и напились. Махра все стерпит.

Глава 22

Время шло, слухи о наступлении постоянно висели в воздухе, но команды не было и, несмотря на наши многочисленные просьбы, нам не позволяли переместиться в Ильинку. А духи уже начинали борзеть с каждым днем все больше и дольше. Деревья начали покрываться редкой зеленью, но в целом лес уже не просматривался насквозь, как прежде. Духи обстреливали каждую ночь часовых, попытались подойти ближе, но, напоровшись на растяжки, развесили свои кишки по деревьям. Вороны потом неделю там стаей столовались.

А потом разведгруппа десантников пошла через нашу территорию по «зеленке» и неподалеку напоролась на засаду. Шума боя мы не слышали, иначе непременно пришли бы на помощь, по радиостанции нас также никто не звал на помощь. Позвали местные пацаны. За время войны это приходилось видеть неоднократно, но каждый раз переживаешь заново. Шесть человек, наших ребят славян, были убиты. Животы разрезаны, туда забита земля вместо внутренностей, ножом вырезаны звезды на спине, лацканы кителя, звездочки у офицера на «погоне», половые органы отрезаны и вложены в рот. Глаза выколоты. Уши обрезаны. Доктора сказали, что издевались уже над мертвыми телами. Для нашего устрашения. Ну, сами напросились.

Второго марта в количестве двух взводов, в сопровождении пары танков, мы выехали в Ильинскую. Первым делом проверили дом сотрудника ДГБ. Опять радист в Петропавловке предупредил кого-то в Ильинке. Агентура сообщила разведчикам и особистам, что при выдвижении нашей колонны все духи убежали в сторону Гудермеса. Короче, никого мы не поймали. Зато нашли немало интересного в двух домах. Шесть автоматов, радиостанцию «Р-159», «Шмеля», три посмертных жетона. После этого бойцы взбесились. Значит, тут были духи, которые коллекционировали жетоны убитых ими же наших бойцов! Бей! Ломай! Круши! Что это во дворе? Иномарка! Возьмем? На, х…! Мы не мародеры! Магнитофон, сиденья долой! Самим пригодится. А по машине от души очередь, еще одна! Хорошо! Лопаются колеса, машина оседает! Бей ее! Отходим подальше, и напоследок пару выстрелов по дому из подствольника, где жили духи и выстрел по машине. Машина объята пламенем, через пару минут взрывается. Мы не мародеры, нам чужого не надо.

При проведении рекогносцировки и поиска брода через Сунжу напоролись на засаду, и танк завяз в реке. Духи стреляли от души. Хотели захватить танк в качестве трофея. Они, сволочи, обосновались на нефтевышке. Танк с третьего выстрела разрушил вышку. И это притом, что все мыслимые ресурсы по прочности ствола танк выработал еще в Грозном. А также, что из башни было видно только самую макушку вышки. Что значит опыт, приобретенный не на полигонах, а в бою! Молодцы танкисты! Мы радостно заорали. Было видно, как пара духов с визгом полетели вниз, где обломки вышки их накрыли. Но, пользуясь преимуществом высоты и зелени леса, они подошли ближе, и вновь атаковали нас. С наступлением ночи заминировали танк, сняли экипаж. Переночевали на берегу, постоянно освещая местность. Экипажи БМП из пушек и пулеметов прокашивали противоположный берег, не давая духам подойти к воде.

Наутро духи попытались прорваться к танку, стреляли из гранатометов. Гранаты, выпущенные из РПГ-7, «Мух», «картошка» подствольников шуршала над головой, с глубоким чваканьем впивалась в илистый берег, осколки застревали в деревьях, звенели по каскам, но никого не задели. Не было даже легко раненных. Воистину, Бог любит только пехоту!

Двое танкистов с застрявшего танка ныряли в обжигающе холодную воду, зацепляли трос. Удалось это сделать только с третьей попытки. Затем, трясясь от холода, они залезли в свой танк, где распечатали неприкосновенный запас спирта и командирский — водки.

Зацепили трос на полузатонувшем танке, привязали ко второму танку. Дернули. Трос напрягся, взревел двигатель, гусеницы зарылись в землю, полетели комья земли, танк дернулся раз, другой, третий, но, увы, безрезультатно. Духи взвыли на том берегу от радости и усилили огневой натиск. Казалось, что запасы гранат для РПГ у них бесконечны. По радиостанции запросили подмогу. Подошел еще один танк. Огнем из БМП и ручного оружия вновь отогнали духов.