Читаем Я буду мстить – 2 полностью

Меня отшвырнуло в сторону, буквально выбросив из естественного укрытия.

Тут же загремела стрельба, засвистели пули.

В бедро угодило что-то горячее, причинив адскую боль.

И тут, разлохмаченные крупнокалиберными снарядами зенитки ворота взорвались изнутри. Одновременно, взревев движком, в проеме показался тот самый «УАЗ», рядом с которым я встретил Петрова. За рулем сидел Порох, а в кузове развалился Патрон, с легким пулеметом в руках.

Транспорт рванул ко мне, а я максимально прижался к земле, чтобы не стать легкой мишенью. По машине защелкали пули, несколько пробили лобовое стекло. Самого Пороха почти не было видно за панелью, что и спасало его от случайных пуль.

– Хан! Прыгай! – заорал Патрон, поливая из пулемета позиции мародеров.

«УАЗ» взрыл колесами грязь, его немного занесло. Он частично прикрыл меня корпусом, но не являлся серьезной защитой.

Я подскочил, хромая бросился в машину, грохнулся внутрь прямо на пол. Снова застучали пули.

– «Кинезис»!

Правое крыло и капот машины сорвало и откинуло на лобовое стекло, и оно тут же пошло мелкой сеткой трещин. Саму машину качнуло так, словно мы в столб въехали.

– Патрон, мочи их! – откуда-то сверху рявкнул Порох. Снова заработал пулемет.

Начальник охраны выжал газ, но почему-то движок лишь взревел и тут же захлебнулся. «УАЗ» дернулся, но проехал всего пару метров и встал.

Я кое-как приподнялся, выглянул.

Мародеров Резвого осталось мало, может, человек восемь. По нам били из винтовок и пистолетов, но пока, ни в кого не попали.

– Зараза, приехали! Нужно валить отсюда! – Порох дернул дверь, вывалился наружу и тут же растянулся под машиной.

Патрон, а следом и я последовали его примеру. По пути мне попался мешок, на котором висела бирка со старой маркировкой противогаза. Схватил мешок, не думая, выпрыгнул.

– Вот уроды! – ругался пулеметчик, отсчитывая короткие очереди, по три-четыре патроны. – Единственную машину сломали!

«Маузер» я потерял, когда попал под способность Резвого и отлетел в сторону. Теперь у меня был только самострел.

Порох дал несколько одиночных. Высунулся с другой стороны и получил пулю в плечо.

Выругался.

Я его прекрасно понимал – у меня было прострелено бедро и чертовски болело ухо.

– А ты ничего, нормальный мужик! – между делом крикнул Патрон. – А я еще наговаривал.

– Забей! – отмахнулся я.

– Берегись! – вдруг заорал Порох и ничком рухнул на землю.

В корму «УАЗа» влетело что-то смазанное, очень похожее на вытянутую гранату. Но, к счастью, это была не она. Взорвавшийся транспорт однозначно похоронил бы всех троих.

Это была чья-то способность. И, черт возьми, я не понял, что она делала.

А когда догадался, было уже поздно.

Внезапно наш подбитый транспорт вспыхнул как спичка. Нет, не взорвался, а именно вспыхнул. И пошло пламя оттуда, куда пришлось то самое странное попадание.

Меня обдало волной жара, стрельнуло болью по глазам.

Мы хаотично отпрянули в стороны, Патрон словил шальную пулю в живот.

Объект «Патрон», пулеметчик четвертого уровня

Состояние здоровья: 95/132

Лояльность: Положительная

Раздалась плотная стрельба, которая быстро приближалась. А затем, я увидел Резвого. Снова прикрытый каким-то энергетическим щитом, он уверенно, но неторопливо шел к «УАЗу». В его руках был «ПКМ», из которого он поливал ограду непрерывным огнем.

На остатках стены погасла еще пара идентификаторов. Людей и так там остались единицы, а теперь стало еще меньше.

Все заволокло дымом и пылью.

– Эй! Выродок! – заорала Мира откуда-то слева.

Я бросил туда быстрый взгляд и увидел, что женщина, потерявшая больше половины очков здоровья, стоит в проеме сломанных ворот и держит в руках гранатомет.

Выстрел!

Просвистевший снаряд прилетел точно под ноги Резвого, но почти не причинил ему вреда. Взметнулась земля, дым и пламя. Щит рассыпался на части и исчез. Самого мародера откинуло взрывной волной, но он устоял на ногах.

– «Шток»!

Миру откинуло в сторону, и она упала точно внутрь горящего за ее спиной дома. Идентификатор замерцал.

– Вы жалкие позорные уродцы! – заорал Резвый, двигаясь к нам. – Вы посмели поднять оружие на меня?

Выстрел!

Ему в плечо прилетела пуля, причем откуда-то с другой стороны поселка.

Я тоже высунулся, прицелился и выжал спуск. Самострел выплюнул зеленую пулю, которая попала в живот мародера.

Но у того был бронежилет, с которым моя пуля не справилась.

И все же он согнулся, потерял несколько драгоценных секунд, затем заметил меня и крикнул:

– Хан! Ты еще жив, хмырь?

Рядом с Резвым показались другие бойцы. Некоторые были ранены. Я разглядел знакомую рыжую шевелюру.

– Порох, ты как? – спросил я у раненого.

– Жить буду. Недолго, – захихикал он, прикрывая рану. А вот Патрону не повезло. Тот еще держался, но выглядел плохо.

– «Кинезис»!

Горящий «УАЗ» развалился на части. Откатилось колесо. Что-то отскочило и Порох, охнув, без чувств рухнул на землю. Лицо его было окровавлено, но шкала здоровья еще оставалась заполненной на треть.

Выстрел!