Читаем «Я — Бейрут...» полностью

— Двадцать, — ответил он и добавил, положа руку на автомат, висевший на шее: — Я — солдат!

— Но не будешь же ты всю жизнь солдатом!— сказал я.— А что будешь делать дальше? Есть у тебя жизненные планы?

Он на мгновенье задумался, потом опять повторил с упрямством:

— Я — солдат! Мы принесли сюда мир.

— Это по-твоему и есть мир?

Я кивнул в сторону улицы Мар-Ильяс. Улица, изуродованная израильскими снарядами во время позавчерашних боев, была полна рыданий. По ней шла похоронная процессия. Хоронили жителей квартала, погибших под огнем ворвавшихся в город агрессоров.

— Проезжайте!—махнул он мне рукой и отвернулся.

Это было в субботу, 18 сентября 1982 года. На улицах, по которым я ехал ранним утром, мне то и дело попадались группы стариков, женщин и детей, в молчании бредущих куда-то с отрешенным, потерянным видом. Эти группы были похожи на погребальные процессии. А через несколько часов я узнал, кто это — палестинцы, чудом спасшиеся от страшной смерти.

Стало известно, что израильские захватчики организовали в Сабре и Шатиле, лагерях палестинских беженцев, дикую резню, хладнокровно уничтожив самым зверским образом несколько тысяч ни в чем не повинных, безоружных мужчин и женщин, стариков и детей. Резня продолжалась двое суток. Израильские «миротворцы» таким способом «очищали лагеря от террористов». Этот факт признал и Тель-Авив, всячески изворачивающийся, нагромождающий одну ложь на другую, чтобы уйти от ответственности за чудовищное преступление, заставившее содрогнуться весь мир.

В Западном Бейруте оккупанты проводят облавы, обыски, массовые аресты. Используя кровавый опыт чилийского диктатора Пиночета, они хватают сотни ливанцев и свозят их на городской стадион, ставший местом допросов, пыток и истязаний. Оттуда же десятки ливанцев с завязанными глазами и скрученными за спиной руками увозятся палачами «в неизвестном направлении». Толпы женщин — жен, матерей, дочерей арестованных — рыдают у стен стадиона-концлагеря. Ни свидания с арестованными, ни передача им продуктов и медикаментов не разрешаются.

А когда наступает ночь, Западный Бейрут полностью погружается в глухую тьму — он лишен электроэнергии с момента захвата его оккупантами. И эта тьма — тьма оккупации, символ «мира» по-израильски, тьма, застилающая глаза и двадцатилетним израильским парням, не понимающим пока еще, что настоящий, подлинный мир — это созидание, а не разрушение, мир орала, а не штыка.

21.9.82

Сегодня в ливанской столице состоятся выборы нового президента страны. Срок пребывания на посту президента И. Саркиса истекает 23 сентября. Как единогласно предсказывают все ливанские органы информации, президентом будет избран Амин Жмайель, один из лидеров фалангистской партии, старший брат Бешира Жмайеля.

Выборы нового президента проводятся в помещении военной школы Фаядыйя в условиях строжайших мер безопасности, необходимых в том трагическом положении, в котором оказался Ливан в результате кровавой израильской агрессии и оккупации Бейрута.

Бейрутские газеты продолжают публиковать ужасающие снимки, сделанные в лагерях палестинских беженцев Сабра и Шатила. В лагерях пылают костры, в которых сжигаются тела растерзанных убийцами мужчин и женщин, стариков и детей. Под развалинами домов продолжают находить все новые и новые груды тел. Известно, что убийцы старались с помощью бульдозеров замести следы своих преступлений.

Газеты утверждают, что преступление было совершено головорезами Саада Хаддада, переодетыми в форму фалангистов. Имеются сведения, что израильские прислужники, переодетые в форму фалангистов, участвуют в проводимых оккупантами массовых облавах, обысках и арестах, что они пытались ворваться в штаб-квартиры Прогрессивной социалистической партии и Коммунистической партии Ливана, но сделать им этого не удалось.

Все бейрутские органы информации широко излагают призыв советского руководства к американской администрации о сотрудничестве в установлении мира на Ближнем Востоке и пресечении израильской агрессии. Этот призыв встречен широкой ливанской общественностью с воодушевлением и одобрением.

22.9.82

На второй день после избрания на пост президента Ливана Амина Жмайеля в стране объявлен официальный траур по поводу палестинцев, зверски убитых в лагерях беженцев Сабра и Шатила. Бейрутские  газеты, фактически самостоятельно проводящие расследование обстоятельств этого преступления, считают установленным следующее: .